Сердце волка

Свадьба была скромной — всего два гостя, Форс и Аравейн — невеста в светло-голубом платье (Фрэн сама захотела такое) и Дэйнар в тёмных штанах и обычной белой рубашке, тонкие, недорогие серебряные колечки, которыми обменялись оборотень и девушка… Тихо, спокойно… хорошо. Именно так чувствовали себя наставники Дэйнара, глядя на их счастливые лица.

В тот вечер Дэйн, как обычно, засиделся у Фрэн допоздна. Но когда собрался уходить к себе, девушка вдруг обиженно воскликнула:

Дэйнар вздохнул: как объяснить, что он боится напугать её? После того, что случилось…

— Ты не хочешь?.. — в глазах девушки стояли слёзы, и он не выдержал. Подбежал, крепко обнял и принялся расстегивать крючки на её платье.

— Глупышка… Покажу сейчас, как я не хочу… Держись…

А Фрэн смеялась — и в глазах её не было ни малейшей искорки страха.

У него были девушки. Немного, но были. Конечно, не в Арронтаре — там ему любая бы, скорее, горло перегрызла, нежели просто руку подала — а здесь, в Нерейске. Но то, что было с ними…

Всё равно, что сравнить песчинку и большую каменную гору. Капельку воды и море. Клочок голубой ткани и бескрайнюю синь неба.

И дело было не только в физическом удовольствии. Дэйнару казалось, что он соединяется с самим собой — будто одна часть его души потерялась, а теперь нашлась.

А ещё он почему-то слышал музыку. Она была очень тихой, словно приглушённой, но она была…

— Ты слышишь? — спросил он Фрэн, наклоняясь и целуя девушку в висок, к которому прилипли мокрые от пота кудряшки.

— Что?.. — мутный взгляд, прикушенная губа… Дэйнар улыбнулся и чуть замедлил движения, чтобы до неё дошёл смысл вопроса. Но вместо этого Фрэн закрыла глаза и задышала чаще.

Дэйн на секунду нахмурился, но решил потом разгадать загадку таинственной мелодии, звучавшей, по-видимому, только в его ушах — неподходящий для этого был момент.

Чуть позже, когда Фрэн уже засыпала в его объятиях, Дэйнар прошептал, ласково проведя рукой по пока ещё неокруглившемуся животу своей жены:

— С тобой я совершенно забыл о том, что горбун.

Она повернулась к нему лицом и, приоткрыв один глаз, улыбнулась:

— Ты забыл, Дэйн, а я об этом никогда и не помнила.

Изнасилование Фрэн будто провело невидимую черту, отделив то, что было до, от всего того, что случилось после.

Они изменились сами и изменили свои приоритеты. И если раньше Дэйнару просто нравилось общество Фрэн, то теперь он не мыслил жизни без неё. Теперь он работал не только потому, что хотел развиваться и получать знания, но и потому, что собирался сам обеспечивать семью.

Живот девушки рос, а вместе с ним рос и мальчик внутри. Дэйнар знал, что это именно мальчик — самый обычный, не оборотень и не маг. Но от этого не менее дорогой и любимый.