Год волка

Человека со страшными шрамами и покалеченной ногой. Максимум что ко мне можно было испытывать, это жалость. Хотя если подумать, то леди Габриэла что-то во мне нашла. Но мы были примерно одного возраста, люди, молодые годы которых уже прошли, которые уже познали разочарования жизни, хотя насчет себя я и не был уверен. Нет, все это чушь, придуманная Карвером, который не знает, как ему подойти к девушке, которая ему нравится.

Я плеснул себе вина и уселся в кресло, решив отвлечься от этих мыслей. Но настроение мое было уже изрядно испорчено. Через некоторое время пришел Гвар с еще одним слугой. Как оказалось, они принесли мне вещи, переданные комендантом. Пара рубах, несколько брюк и добротные сапоги.

– Господин комендант передает вам эти вещи с наилучшими пожеланиями, – сказал Гвар, указывая служке, несшим стопку вещей, место, куда их стоит положить.

– Скажите коменданту, что я ему очень признателен, – искренне ответил я, на что Гвар поклонился и ушел, поторапливая неповоротливого слугу. И я снова остался один.

Время тянулась слишком медленно. Я некоторое время смотрел на солнечный луч, пробивавшийся сквозь окно и прямой линией, растянувшийся по полу комнаты. Я видел, как тихонько танцуют пылинки в солнечном свете. Вино, наконец, сделало свое дело, и я задремал.

– Скажи мне это еще раз, – в звонком девичьем голосе слышатся насмешливые и вызывающие нотки.

– Она мне нравиться, – это говорю я, хотя мой голос звучит моложе.

– И это все? – в голосе девушки насмешка пополам с наигранным разочарованием. – Все что ты мне можешь сказать?

– Она мне очень нравиться, – мой голос звучит более тише.

– П-ф-ф-ф, это так ты хочешь признаться ей в любви. Таким вот глупым нелепым способом. Да, не отнекивайся ты весь красный. Твои уши сейчас загорятся.

Девушка громко смеется и кружит вокруг меня, ее вороного цвета локоны развеваются, словно на ветру. Но лица не видно. И почему я никогда не вижу ее лица?

– Ты ее любишь. Я знаю. Ты влюбился.

– Ничего подобного, – мой голос звучит более грубо и зло. – Что за вздор. Он мне просто нравиться. Так же как некоторые наши служанки.

– Ты врешь, – девушка смеется и кружит вокруг меня. – Ты врешь. Потому что спишь. Открой глаза Эдин. Открой глаза.

– Эдин, – барон потряс меня за плечо и видимо уже не в первый раз. – Проснитесь.

Я некоторое время непонимающе моргал глазами пытаясь стряхнуть с себя остатки сна. Барон стоял напротив, терпеливо ожидая. Наконец я, вздохнув, тяжело встал. От выпитого мной пива и вина сильно болела голова. Солнечный луч, за которым я следил ранее, стал много короче, оставшись лишь тонкой линией на подоконнике.

– Что, уже? – спросил я потягиваясь.

– Если вы про отъезд, то нет. Сегодня мы не едем.