Волк среди воров

Обвинять их не только в том, что они что-то подбросили, но и привлекать внимание понятых криками: «Здесь только что лежала золотая цепочка! Куда она делась? А где мои деньги из кошелька, там было четыреста долларов!» Так что Артем промешкал с ответом, слишком велик был соблазн поступить, как советуют в книгах. Но так дешево врать не хотелось, и он ответил:

- Не знаю, кто это сделал.

- Так и запишем, - повторил Сиваков, поднимаясь и отряхивая коленки. - Игорь, упакуй все как следует… Насчет экспертизы вы, Артем Александрович, конечно же, правы. Последнее слово за ней. Но я в Чечне на этот тротил так насмотрелся, что и без всяких саперов дам точное заключение.

Если он сказал последнюю фразу для того, чтобы добавить себе авторитета в глазах окружающих, то результата добился. И понятые, и мама Артема, и даже Анюта посмотрели на него с уважением.

Через полтора часа обыск был завершен. Составив протокол, Сиваков протянул его Артему на подпись. Глядя в окно, под которым завывала сигнализация белого «жигуленка», майор устало сказал:

- Рвать не советую, это ни на что не повлияет. Я просто напишу новый…

- А от подписи я могу отказаться? - уточнил Грек, пробегая глазами заполненные неразборчивым почерком строчки.

- Можете, - согласился майор, - Это тоже ни на что не влияет. Понятые засвидетельствуют этот факт, и всего-то делов. Только странно, Артем Александрович, что вы задаете такие вопросы. Вы же в наших делах опытный человек…

Последняя фраза была произнесена таким тоном, что даже совершенно постороннему человеку становилось понятно: во-первых, не так давно у Артема были с законом серьезные расхождения, а во-вторых, майор об этом отлично осведомлен.

Артем расписался в двух местах, где было указано, и Сиваков протянул Анюте копию протокола:

- Это вам. А вашему мужу придется проехать с нами, ответить на ряд вопросов. В частности, на вопросы о том, где он был и чем занимался позавчера вечером.

Анюта охнула, перевела взгляд с Артема на Сивакова, чуть не выронила протокол. Только слепой не обратил бы внимания на такую реакцию. Сиваков не был слепым, и усмешка, промелькнувшая на лице, засвидетельствовала: он реакцию женщины «снял»; больше того, будничным тоном говоря про «позавчера вечером», он и рассчитывал увидеть нечто подобное.

Греков представил: сейчас его увезут, а на мать и Анюту насядут с допросами. Конечно, беседовать будут вежливо, но сложно ли запутать двух встревоженных женщин, привыкших за последнее время, что Артем регулярно попадает в истории? Тем более, этот злополучный вечер среды! Черт, ну почему этот подонок Киржач нашел свою смерть именно позавчера?! Сколько он лишнего по земле переходил;

мог бы протянуть и еще пару деньков, чтобы у Артема было нормальное алиби.