Волк среди воров

Интересно, это он был в «ниссане»? Если он и целью было его физическое устранение, то киллерам надо смываться, а не готовить новую каверзу. Сколько там, за оградой, охранников? Чем они вооружены? Сплошные вопросы. Но эти, пятнистые, действуют так, словно знают ответы.

Теоретически сейчас можно перещелкать этих троих. Один скрючился у машины, гайки откручивает. Двое ковыряются с трупами. Их - в первую очередь. Потому что вооружены автоматами. И потому, что им есть где укрыться. А тот, в джинсовом прикиде, даже не успеет прочухать, что волна накатила.

Но так нельзя действовать. Прокурор не поймет. Не одобрит. Надо представиться и предложить киллерам сдаться. И если уж они откроют стрельбу, то можно их слегка поцарапать, чтобы разоружить. Но ни в коем случае не палить в мирные спины!

Вторая группа перекроет «задний проход». Пожалуй, это лучший вариант! Они психологически не готовы к нападению с тыла и не почувствовали еще пьянящего вкуса крови. По крайней мере, не почувствовали сегодня. И подготовка у них должны быть похуже - наиболее подготовленных посылают на штурм, а не оставляют в засаде в том месте, где и схватки, может, никакой не будет. По той же причине у них оружие или такое же, или слабее. И численность их не будет превышать трех человек. Может, и вообще всего один боец.

Уже ясно, что, пока колесо на «ниссане» не будет поменяно, операция не начнется. Значит, еще есть пара минут. Сиваков двумя пальцами, указательным и большим, помассировал подбородок и осторожно двинулся через лес к запасному выходу с базы…

Все произошло очень быстро. В засаде оказались три человека. Двое сидели в открытую, чуть ли не байки травили, а вот третий затихарился. Так запрятался, что Сиваков крался от него в метре, но прозевал.

- Руки! - внушительно произнес он, держа на мушке того из двоих, который казался опаснее.

И тут же услышал за спиной тихий шорох. И понял, что проиграл.

Падая набок, он уже знал, что не успевает.

Двое бросились в разные стороны. Сиваков, не рассуждая, надавил спуск, и «опасный», получив пулю в грудь, развернулся, вскрикнул и упал. Далеко отлетел автомат с непривычно длинным из-за привинченного глушителя стволом.

Сивакова ударило под лопатку, и горячая волна прокатилась по телу. Толкаясь ногами, он отполз от места падения, извернулся и несколько раз выстрелил по кустам, за которыми должен был прятаться третий противник. Зацепил! Зацепил, черт побери! Такой крик невозможно подделать. Так кричит только раненый, причем раненный основательно. Сиваков добавил, призывая на помощь весь опыт стрельбы вслепую. Хруст сломанных веток и звук падения тела прозвучали для него райской музыкой.

И тут же бесшумная очередь из автомата прошила его тело от плеча до бедра, по диагонали.