Волевой порог

Так что выстрел в воздух, но за благодарность спасибо!.. Ну, нашел что-то важное во время допросов?

— Я бы не сказал, что нашел что-то такое, чего не увидели и не нашли твои следователи, — ответил Коган. — Допрашивать я допрашиваю, но вот чего мне не хватает — это общего понимания, общей картины. А что здесь было за все время оккупации, какая обстановка царила в республике, пока тут фашисты хозяйничали! Я ведь был здесь той последней осенью, когда мы людей выводили, молибден пытались вынести, когда комбинат взрывали.

Коган взял стакан в подстаканнике обеими руками и стал прихлебывать чай, глядя на собеседника. Жданов прожевал бутерброд, вытер пальцы краем газеты, которой был застелен стол. Все это время он задумчиво смотрел на огонек керосиновой лампы на столе, как будто снова погружался в воспоминания о тех годах. Ведь все было как будто вчера. Отпив немного чая, он поставил стакан в подстаканнике на стол и заговорил медленно, потирая пальцем висок:

— Ничего особенного мы и не ждали от врага. Сразу, как и на других оккупированных территориях, был установлен соответствующий оккупационный режим. Появились органы немецкого военного командования, полицейские, административные и специальные органы. Знаешь, Борис Михайлович, что сразу бросилось в глаза? А ведь немцы рассчитывали на другое. В чем-то просчитался их абвер, в политической оценке просчитался. Они-то думали, что придут, а им на шею кинутся угнетенные Советами горцы, слезу скупую мужскую уронят и за кинжалы схватятся, помогать станут, коммунистов вылавливать да в ряды вермахта записываться. Ошиблись они. Не знаю уж, кто там Гитлеру и Геббельсу напел эти сказки на ухо, но явно напели. И пришлось соответствующим органам, отвечающим за политические и национальные вопросы, засучивать рукава.

— Всерьез взялись за местное население?

— Всерьез, — согласился майор. — У фашистского руководства все еще оставались иллюзии, что они могут привлечь на свою сторону народы Кавказа. Они разрешили деятельность мусульманского духовенства. А параллельно начали распространять информацию о благожелательном отношении высшего руководства рейха к исламу. Ты не поверишь, Борис Михайлович, но на Кавказе на полном серьезе распространяли информацию, что командующий 1-й танковой армии генерал фон Макензен якобы принял ислам и посещает мечеть. А Гитлера величали чуть ли не имамом всего Кавказа.

— Я видел немецкие газеты, которые они издавали здесь для местного населения, — вставил Коган.

— Да, они сразу в двух направлениях работали. Причем уже в августе сорок второго года начали. Для русскоязычного населения стали издавать газету «Утро Кавказа», а для мусульманского населения печатали газету «Газават».

— Эффективно? — коротко спросил Коган.