Волчья хватка. Волчья хватка – 2

Она не захотела назваться, а значит, не думала покидать эти леса.

– Ступай, пока не стемнело, – проговорила дева, опустив взгляд.

– А я отдариться хотел с лихвой. – Ражный снял и положил к ее ногам тулуп и сверху – топор. – Коли ступать велено – пойду.

Затем сел, снял сапоги, переступил босым через огонь и ушел без оглядки.

…А дома его ждал незваный гость – невысокий, с мощной сухой жилой человек лет за шестьдесят. Полуголый от жары, он по-хозяйски сидел на лежанке и читал толстую книгу в старом кожаном переплете. То ли из-за этого странного для Вещеры занятия, то ли из-за окладистой седой бороды и свешенных на конец носа очков, этот книгочей был похож на ученого мужа начала прошлого века.

Две свечи, зажженные перед ним, затрепетали от ворвавшегося холодного ветра.

Даже не взглянув на дверь, он дочитал страницу и лишь после этого спросил, с участливым любопытством рассматривая Ражного:

– Чей такой будешь, отрок?

Столь кротким и одновременно высокомерным обращением он напоминал именитого аракса, но странного, и уж точно не был ни каликом, ни странствующим иноком, забредшим в леса. И на послушника, прошедшего Судную Рощу, не походил: возле двери висели его добротная бобровая шуба, рысья шапка, а волчьи унты сушились у трубы.

Барин какой-то…

Ражный молча затушил одну свечу: недопустимое расточительство жечь сразу две…

– А ты бы прежде сам назвался, – сказал он сдержанно, – коль пришел в мой дом.

– Так ты и есть Ражный? – Гость как-то смущенно свесил ноги и отложил книгу. – Вот ты какой… Ну здравствуй, брат.

Сквозь мягкую, профессорскую манеру поведения и даже некое сопереживание проглядывала скрытая сила, выдававшая его принадлежность к воинству.

– А сказали, ты, как инок, в тулупе ходишь, – продолжал он стелить мягко, пряча в бороде надменную усмешку. – Сказали, степенный, миролюбивый… Тебя что, раздели и разули, брат?

Вообще за это его следовало бы выставить на мороз, не глядя на почитаемый возраст и правила гостеприимства, однако в последний миг Ражный сдержался, ощутив, как оцепенела душа.

Началось послушание! Бренка все-таки прислал ему напарника, коего теперь следует называть «брат». И подселил, выбрав самое неподходящее время! Только уж очень скоро, месяца не прошло. Да видно, некогда старцу положенный срок выжидать, нагрузка велика, вот и сводят послушников по сокращенной программе…

Ражный знал, что когда-нибудь это случится, но ждал какого-нибудь буйствующего аракса, наподобие Нирвы. И уж никак не думал, что явится вот такой мутный, мягко стелющий барин в маске мудреца-ученого.