Волчье сердце

— Дань! Он сделал все возможное и невозможное, чтобы мы были вместе. Янис очень хотел, чтобы я стала его женой, но даже я не смогу сделать его счастливым, если рядом не будет тебя.

Все это время Вера разговаривала с его спиной. Даня возился у шкафа и что-то складывал в свою сумку. Только после этих слов он наконец повернулся и посмотрел ей в глаза. И только теперь Вера увидела, насколько он подавлен. Растерян, как потерявшийся ребенок, и непривычно печален.

Она продолжила, тщательно подбирая слова, чтобы окончательно побороть его сопротивление:

— Ты самый главный человек в его жизни. Янис ничего мне не говорит, но я знаю, что ему плохо. Вы не можете быть вдали друг от друга. Вы же всю жизнь вместе. Янис рассказывал мне о вашем детстве, о передрягах, в которые вы попадали, и как друг друга выручали.

— Знаешь, мне тоже есть на что обижаться. Я всегда был в курсе всего. Знал, что с ним происходит, что его тревожит. А как ты появилась, я перестал что-либо понимать. Только и слышу, что «не вмешивайся». Всегда вмешивался, а тут «не вмешивайся»!

— Не принимай это на свой счет.

— А на чей принимать? Я ведь всегда о нем заботился. Во всем поддерживал.

— Тогда какого черта ты все еще тут разглагольствуешь, если он тебе так дорог! — разозлилась Вера и поднялась с места. — Давай собирайся и поехали! У меня больше нет времени тебя уговаривать. Я сказала Янису, что уже еду домой. Скоро он начнет выяснять, почему задерживаюсь, и я не собираюсь ему врать из-за тебя. Ты не представляешь, в каких забегаловках он ест. Вот дождешься, что кто-нибудь его отравит! — уже будучи в дверях, бросила напоследок.

— Подожди! — Даня кинулся за ней. — Вы сегодня в городской или за городом?

— За городом, — ответила Вера, на ходу застегивая пальто.

— Тогда уж вместе поехали.

— Боишься, что я развернусь на полпути? — посмеялся он.

— А кто тебя знает. Поедешь со мной, как под конвоем.

— Ладно, — согласился Даня. — Только у меня условие, вернее, просьба. Риде позвонишь?

— Вы еще не помирились?

— А то ты не в курсе, — усмехнулся он.

— Не особо. Знаю, что поругались, а про то, что не помирились, не знаю. Рида до сих пор со мной сквозь зубы разговаривает. Обиделась. Она теперь, походу, Яниса подружка, а не наша. Вот помиришься с братиком и попросишь его позвонить.

По дороге Даня волновался, хотя активно поддерживал беседу. Спросил, как они отдохнули, и Вера, пытаясь отвлечь его от тягостных мыслей, поделилась впечатлениями об отпуске.

Две недели они с мужем провели в Тоскане. Две прекрасных недели, наполненных яркими цветами, пьянящими чувствами и счастливым уединением. Они много гуляли, много разговаривали, ходили на гастрономические ярмарки, и много занимались любовью. О последнем Вера, разумеется, умолчала.