Война за Проливы. Решающий удар

При этом резервистов ландвера на регулярных сборах и маневрах гоняют почти так же, как и солдат-призывников действующей армии, что ускоряет процесс мобилизации и последующего боевого слаживания. И этот неприятный сюрприз французскому командованию еще предстоит постичь во всем его многообразии в ходе предстоящего Приграничного сражения. Они самонадеянно объявили войну соседней державе, посчитав, что сумеют с ней справиться без особых хлопот – и вдруг оказалось, что сил у противника вдвое больше, чем считалось ранее."

"Помимо всей этой мощи, во вторых эшелонах ожидает своего часа осадный артиллерийский корпус, имеющий на вооружении четыре сотни пятнадцатисантиметровых полевых короткоствольных гаубиц с дальностью стрельбы около восьми километров. Их время придет, когда германские войска, измотав противника упорной обороной, перейдут в наступление и приблизятся к крепости почти вплотную. Не зря же германские генералы говорили кайзеру, что они в щебень способны размолотить любую французскую крепость, как бы мощно она ни была укреплена. Вопрос только в том, сколько времени для этого потребуется, и в расходе боеприпасов для сверхкрупных калибров. Для разрушения одного крепостного форта, по расчетам германских генералов, по нему необходимо выпустить триста шестьдесят сверхтяжелых снарядов из пушки «Большая Берта». Как сказал кайзер на историческом совещании: «Для того, чтобы проникнуть на двор к соседу, не обязательно разносить в щепки весь забор, достаточно выломать в нем одну доску». И в самом ближайшем времени эта доска будет выломана.

На остальных участках фронта французскую армию планируется изнурять твердокаменной обороной с немедленным парированием отдельных вклинений, если таковые возникнут. Чем скорее в Париже поймут бесперспективность лобового штурма Эльзаса и Лотарингии, тем быстрее решатся на фланговый обход своими пятой и четвертой армиями через территории Бельгии и Люксембурга. Впрочем, пока в Париже ничего еще не поняли, для германцев все идет по плану, и командующий Западным фронтом генерал Альфред фон Шлиффен пишет кайзеру в Берлин успокаивающие реляции. Французский баран с азартом бодает внезапно возникшую на его пути стену – и может заниматься этим увлекательным занятием до тех пор, пока напрочь не расшибет себе лоб. Германские потери даже меньше плановых, так что пусть все идет как идет.