Японская война. 1904 (СИ)

 — На самом деле он считает, что я спас ему жизнь, и назвался моим слугой. Долг чести…

Брови генерала подпрыгнули от удивления.

Японский майор же не выдержал:

— Никакой я ему не слуга! Да, этот офицер разбил мой отряд и захватил меня, но моя честь принадлежит только императору!

— Ха! — я победно усмехнулся. — Так и думал, что он знает русский.

Повернулся к генералу, и тот как-то странно на меня смотрел.

* * *У Михаила Ивановича Засулича не было ни сил, ни желания разбираться в очередной шутке полковника Макарова, поэтому он просто попросил его объясниться. И тот все рассказал. Что подозревал японца, решил вывести его из себя, а заодно по его реакции проверить то, что успели рассказать простые солдаты.

— Учитывая, как он взвился, значит, все так и есть, — закончил Макаров.

И названные цифры действительно были похожи на правду. И скорость развертывания армии японцев, и их силы, да и реакция майора не оставляла сомнений. Вот только…

— Вы, полковник, могли показать мне пленника сразу, но предпочли сначала выпросить пополнение и только потом привести его сюда. Я правильно понимаю, что вы еще что-то хотите? — Засулич спросил в лоб и тоже не ошибся.

— Можно еще артиллерийскую батарею, я согласен даже на неполную из 6 пушек, — зачастил полковник. — Еще бы пару пулеметов, помните, мы обсуждали? Часов побольше, хочу выдать их всем унтерам. И бинокли, мне бы немного, пару десятков…

Засулич вздохнул. Вот иногда нормальный офицер, но стоит ему дорваться до возможности что-то заполучить, так, кажется, с тыловыми торговцами будет проще договориться. Но сегодня… заслужил.

— Составьте список, полковник, — решил Михаил Николаевич, — я посмотрю, что можно сделать.

[1] Немного представим гостей японцев. Гамильтон — будущий английский генерал, автор провалившейся попытки захватить у Турции Дарданеллы. Макартур — будущий американский генерал, вы, скорее всего, его знаете как того, кто принимал капитуляцию Японии в 1945-м. Ну, а Джон Гриффит Чейни, более известный как Джек Лондон, наверно, и не нуждается в представлении.

Глава 10

Накручиваю себя, очень хочется отступить, забыть, ведь ничего не случилось, но нельзя…

Вчера, когда Засулич окончательно смирился с тем, что придется делиться, я заодно рассказал и про премии солдатам. Он даже спорить не стал: с ходу одобрил, а еще пообещал 20 «Георгиев» на участников похода и даже повышения командирам отрядов. Так, Врангель официально получил сотника, а Хорунженков — полноценного капитана. В общем, бюрократия в этот раз изобразила милую улыбку.

А вот разборки с моими солдатами, кто отстал и потерялся во время атаки на стоянку японского батальона, точно так просто не закончатся.

Вокруг как раз начал собираться народ.