Японская война 1904. Книга четвертая

— Вы же понимаете, граф, — Юсупов показал, что на самом деле прекрасно знает, кто я такой, — что вам придется ответить за это нападение?

— А вы посмотрите по сторонам. Видите этот город? Мы взяли его у японцев. Там в порту под водой лежит броненосный крейсер, тот самый «Асама», что начал эту войну. Так как вы думаете, князь, хватит ли мне аргументов, чтобы доказать свое право прогонять тех, кто мне мешает?

— Не всегда вы будете на коне, и тогда я позабочусь, чтобы вы уже не смогли подняться.

— Вы как будто провоцируете меня показать вам местный карцер.

— Тогда, может, хватит болтать? Развязывайте вашу веревку, и я уеду.

— Десять минут, — я кивнул казакам, чтобы те добежали до машинистов княжеского поезда и объяснили им политику партии.

В итоге Юсупову еще какое-то время пришлось постоять с веревкой на руках, но в итоге мы его все-таки развязали. И даже не треснули напоследок, хотя казаки на меня так смотрели, что было очевидно: только кивни, и хотя бы пару ударов по ребрам Николаю Феликсовичу достанется… Впрочем, меня устраивало и то, что он в принципе уберется как можно дальше отсюда.

— Как я рада, что он уехал, — Татьяна, которая все это время молчала, наконец, взяла себя в руки. — Увидела его и словно опять стала той старой собой, какой была раньше в Санкт-Петербурге.

По телу девушки пробежала дрожь, и я, скинув мундир, накинул его ей на плечи.

— Тогда, возможно, и хорошо, что вы встретились, — задумался я. — Тут же как с болезнью. Теперь вы знаете свою слабость и, значит, сможете с ней справиться.

— Будет непросто.

— А вы очень сильная. Уверен, запустить госпиталь для легкораненых было в разы сложнее, чем поставить на место одного франта. И вы справились.

— Вы должны знать, Николай не франт. У него легкомысленная репутация, но в то же время иногда, когда никто чужой не слышит, про него рассказывают и страшные вещи. Говорят, он убивал.

— Я тоже.

— Но вы-то врагов и на войне, а он…

— Если перейдет границу, то станет врагом, а дальше вы уже знаете.

— И все же, — у княжны все никак не получалось успокоиться, — может, стоило, как вы и угрожали, посадить его под замок?

Казаки одобрительно кивнули на последнее предложение девушки. Я подумал отправить их подальше, но потом решил — пусть слушают. Заодно потом запустят правильные сплетни. Раз уж их все равно не избежать.

— Вы же сами сказали, что Юсупов совсем не франт, — я развел руками. — Так вышло, что я чувствую подобное в людях. И знаю, что небольшое заключение таких не сломает. Озлобит, но на это-то плевать, а вот что плохо — если бы я перегнул палку, это бы дало нашему гостю оружие. Возможность бить по моей репутации. Возможность мешать мне и нам всем делать свое дело.