Японская война. 1904

В теории, если такой прицел правильно настроить, а винтовку пристрелять, любой солдат сможет поразить врага, просто скорректировав прицел по нужной метке.

Закончив наклеивать волосы, я собрал монокуляр обратно, проверил… Выругался. Волосы, даже волосы Буденного, все же не подходили – с учетом увеличения было видно их чешуйки, и это сбивало.

– Мяу…

Я резко повернулся на звук. Это оказался кот, прикупленный кем-то из солдат еще в Мукдене. Доверчивый новобранец рассчитывал, что пушистый зверь, как и было обещано, станет охотиться на грызунов, но, учитывая, как этого толстяка закармливали, тратить время на подобные глупости тот не собирался.

– Кис-кис, – поманил я кота.

Полный игнор.

– Мистер Ван, можно вас ради дела? – попросил я снова, откуда-то вспомнив про важность окраса для китайских котов. Ван – это черные пятна на голове и хвосте, по местному поверью – шлем и копье, чтобы сражаться со злыми духами.

Кот уловил что-то новое в моем голосе и подошел, я несколько минут погладил его, а потом принялся с энтузиазмом проверять засыпавшие меня белые и черные волосы. Даже без увеличения было видно, что они плотнее человеческих, но я все же проверил все на линзе. И никаких чешуек. При этом на растяжение и тряску они реагировали гораздо лучше шелка. Кажется, с финальным материалом для перекрестий я определился.

Потом еще целый день ушел, чтобы выточить систему креплений. Фрол и Мишек, помогавшие мне в работе, предлагали приделать прицел намертво, но я хотел, чтобы в случае чего его всегда можно было снять. Поэтому сначала мы сделали планку, потом крепления для нее и прицела, и, наконец, винты, чтобы настроить его под каждую конкретную винтовку. Вот теперь можно было постепенно переходить к практике. Стреляли, разбирали полеты пуль и того, что могло на них повлиять. Сегодня я еще рассказывал про параллакс.

– Отодвиньтесь от прицела. Видите, что вместе с вашим положением как будто меняется положение и самой цели? Хотя, как вы знаете, дерево точно не двигается.

Ох, сколько мне приходилось сидеть по ночам, подбирая наглядные и простые примеры, чтобы днем как бы между делом провести очередной урок на полчаса.

– Невероятно, – Мишек двигал винтовку туда-сюда. – И ведь сколько стреляли, а раньше ни разу не замечал.

В моем времени многие не обращали внимание на этот эффект в фотоаппаратах, а кто-то, наоборот, мог устраивать настоящие игры разума, развлекаясь с фокусным расстоянием.

– И зачем нам это знать? – Фрол предпочитал более конкретные вопросы.

– Чтобы стать с винтовкой единым целым, вы должны понимать, как она работает, – я перешел к самой сути урока. – И как изображение меняется, когда движетесь вы, так же оно по-разному выглядит и для вас через окуляр прицела, и для пули, вылетающей из ствола.