Черная война

Не то что вашу разведгруппу. Что ты мне на это скажешь?

– Не знаю, товарищ комиссар.

– И я бы не знал, чего сказать. Если бы не одно маленькое «но». – Комиссар вытащил из стола блокнот в кожаном переплете. – Узнаешь?

– Да, товарищ комиссар. Это из тех документов, что передала нам Барсова. Я вам еще позавчера все это отправил нарочным.

– Да, дорогой. Это тот самый блокнот. Блокнот Крайцхагеля. Есть в нем любопытные записи о том, как проистекала их задушевная беседа с Ланге. Что он Крайцхагелю поведал и что, в свою очередь, Крайцхагель у него попросил. Или, если называть вещи своими именами, приказал. И по этим записям могу я теперь вычислить, когда и какие вопросы будут поставлены Ланге перед его здешним контактом. А стало быть, и вычислить я его теперь могу. И на этом повязать. Да так, что он ни в жисть не отмажется. И вот это обстоятельство позволяет мне теперь списать все твои промахи и все мои ошибки.

– То есть, товарищ комиссар, операция «Снег» выполнена?

– Нет, дорогой мой, операция продолжается. Только смысл у нее теперь иной и цель другая. Пусть теперь Рыжий освещает нам подробно всю деятельность Ланге на его нелегком поприще. Его здешнего московского контактера мы тут прижмем. А спустя некоторое время после того, как мы немцам достаточно дезы сольем, Рыжий и передаст Ланге предложение к сотрудничеству. Как тебе такой вариант?

– Это, товарищ комиссар, совсем меняет дело. Только вот что в этом раскладе с Манзыревым делать?

– А что с ним можно сделать? Он же вроде как помер? Или я чего-то перепутал или недопонял? Был такой персонаж на одном из этапов операции. Пошел работать к немцам, что-то там у них наколбасил и сбежал. Побежал он туда, где жизнь ему знакомая, то есть к нам. И при переходе линии фронта был убит бдительным часовым. Какие тут еще вопросы могут быть?

– Но ведь есть непосредственный командир этого часового, дивизионный особист, окруженцы, радистка, наконец!

– Непосредственный командир кого? Узбека этого? Так нет никакого командира. Пока ты тут ко мне ехал, я сводку прочитал. Как раз с того участка фронта и оказалась. Убили лейтенанта Нигматуллина. Снайпер застрелил. Видать, немцы озлились после гибели разведчиков. Вот и решили отомстить.

– А как же тогда Манзырев там оказался в момент прохода этой разведгруппы?

– Совпадение. На фронте еще и не такое бывает.

– А с остальными что делать?

– Окруженцев – в маршевый полк. Пускай на фронте трудятся. Им там работы хватит. Кого они видели? «Дядю Сашу»? Так мало ли таких «дядей» ходит? Барсову видели? И что из того? Никому они вреда принести не могут, так что пусть воюют. Особиста этого к себе забери. Он там у себя в дивизии явно не своим делом занимается.