Войд

Серджо Веласкес помогал экипажу настраивать вышедшие из строя узлы защиты крейсера.

Руслан был вынужден большую часть времени проводить с Марианной Вележевой, иногда посмеиваясь в душе над собой: слышала бы их разговоры Ярослава.

На третий день Клиффорд объявил об открытии странного аттрактора, названного физиками, работавшими с ним, «негравитационной линзой». Находился аттрактор на расстоянии около десяти световых лет от корабля, и Шапиро вновь заговорил о наличии жизни в «великой пустоте» как об отражении парадигмы закономерности этого явления. Шеридан не преминул начать спор с коллегой, однако Руслан отвлёк обоих, предложив Маккене подойти к «линзе» поближе.

– Энергии на поход хватит? – закончил он.

– Надо бы экономить… – заикнулся бортинженер.

– Зачем? – фыркнул Терёшин. – На оставшуюся жизнь нам и одного вакуумсоса достаточно, если не удастся починить остальные.

– Хватит, – сказал Маккена. – Но я бы посоветовал вам этого не делать.

– Вы думаете, наш прыжок помешает Клифу искать Млечный Путь?

– Практически не помешает, – сказал Шапиро. – Память у Клифа не хуже моей.

Космолётчики засмеялись.

– Решайте, сэр, – закончил Маккена дипломатично.

– Остаёмся на месте, – сказал Руслан. – Ещё предложения есть?

– Надо искать, – заявил Шапиро.

– Что?

– Спасителей, разумеется. Клиф обнаружил «линзу». Давайте пошлём туда приветственную телеграмму, предложим, образно говоря, мир и дружбу.

– Но «линза» ещё не форпост цивилизации, – засомневался Фридман.

– Узнаем.

– Наш радиосигнал будет идти туда десять лет, – напомнил Иванов.

– Разве наша «струнная» связь вышла из строя?

– Нет.

– Пошлём «струну», если создатели «линзы» действительно разумны, они поймают депешу и ответят.

– Коллега, вы меня поражаете своей наивностью!"

"– Что я сказал поразительного? Предлагаю предпринимать хоть какие-то шаги, а не сидеть сложа руки и ждать конца. Майор, я не прав?

– Попробуем, – сказал Руслан решительно.

Прошли ещё сутки. А на четвёртый день дрейфа в пустоте войда Клиффорд доложил всем по интеркому, что «негравитационная линза» увеличилась в размерах.

Руслан в этот момент находился в зале визинга вместе с Вележевой и Веласкесом.

Сердце дало сбой: интуиция шепнула на ушко, что ситуация меняется, хотя и неизвестно в какую сторону, лучшую или худшую.

– Дай картинку.

Чёрная бездна, обнимавшая космолёт со всех сторон, почти не изменилась.

«Линза» не источала свет ни в каком диапазоне, и аппаратура крейсера увидела её как слабое облачко микроволнового поля с температурой в три градуса Кельвина. То есть оно выглядело всего лишь на три градуса «теплее» абсолютного нуля и на три десятых градуса «теплее» реликтового излучения, заполнявшего Вселенную.