Война за проливы. Операция прикрытия

При этом Греция вступила в войну гораздо позже остальных союзников, и ее солдаты продвигались вперед почти не встречая сопротивления, поскольку главные силы турецких аскеров в это время были задействованы в боях против болгарской армии. Но все это мелочи по сравнению с тем, что по предварительному соглашению, сопровождавшему подписание договора о Балканском союзе, город Солун и его окрестности отходят к Болгарскому царству, а отнюдь не к греческому королевству. И под этим документом, ваше высочество, стоит подпись вашего отца.

– Ваш император, – бледнея, выкрикнул принц Константин, – выкрутил нам руки – так, что мы не могли не подписать эту бумагу! Но теперь, по праву завоевания, Салоники наши, и мы их никому не отдадим!

Подполковник Бесоев, глядя на греческого принца, презрительно хмыкнул и достал из полевой сумки большой пакет, украшенный многочисленными сургучными печатями.

– А теперь, – сказал он, – за нарушение подписанного вами соглашения мой император оторвет вам головы. Уж поверьте, ваше высочество, рука у него не дрогнет. Этот пакет, адресованный вам лично в руки, мне вручили, когда отправляли на задание. Еще тогда мой император подозревал, что вы и не собираетесь в точности придерживаться достигнутых соглашений. Вот держите, – возможно, чтение этого послания скрасит вам часы ожидания аудиенции у Святого Петра.

Принц Константин осторожно взял в руки пакет и мельком бросил взгляд на личную печать императора Михаила. Ошибки быть не может – ему уже доводилось видеть корреспонденцию, отправленную из личной канцелярии русского царя. Все на месте: и гербовый конверт из плотной бумаги, и малые сургучные печати личной канцелярии по углам, и большая печать самого русского монарха, и его подпись «Михаил» в правом-нижнем углу конверта, которая ставилась только на личную корреспонденцию.

– Господин Бесоев… – произнес принц, нервно сжимая в руках императорское послание, – я не верю, что мой двоюродный брат мог отдать вам указание начать войну с греческим королевством из-за этого города…

– Мир, ваше королевское высочество, просто переполнился шустрыми прохвостами, которые думают, что могут не исполнять взятых на себя обязательств, – назидательно произнес посланец русского императора. – Если было решено, что Солун по итогам войны отойдет к Болгарии, то он к ней отойдет. А то сейчас не только никому нельзя верить на слово, но и подписанные документы ценятся не больше, чем клочок испачканного пипифакса. Такое положение давно пора исправить, и вы, ваша высочество, будете одним из первых, с кого это исправление начнется. Уж не обессудьте, но, как говорили старики-римляне: «Закон суров, но это закон».