Японская война 1904. Книга третья

— И, скорее всего, они будут преследовать нас, пока мы не отойдем за железную дорогу до Инкоу. Было бы разумно не дать нам ей воспользоваться.

— Но тут только один полк. Разве мы не можем его разбить? Если ударить, как вы умеете…

— Мы, скорее всего, победим, — кивнул Иноуэ. — Но при этом останемся в тылу у русских, без снарядов, почти без патронов, с огромным количеством раненых… Это имело бы смысл, если бы кто-то мог не дать потом уже русским воспользоваться численным преимуществом. А так нас словно ловят на живца.

— То есть… Мы уходим — русским хорошо, мы сражаемся — да, они теряют полк, но мы в итоге теряем дивизию — им еще лучше.

— Если бы мы хоть немного знали их планы, было бы проще. Понимая, ради чего рискнуть, можно было бы нанести удар. А так… Отходим! В бой не вступать!

Последние приказы разлетелись по полкам, батальонам, ротам… Люди, которые еще недавно верили в победу и скорый конец войны, стиснули зубы и продолжили идти. Их учили, что порядок превыше всего. И пусть сейчас они отступают, но их время еще придет! Не может не прийти!

Сижу, копаюсь в пожелтевшей листве, думаю обо всем, что случилось за последние недели.

Мы откинули главные силы Оямы. В ту ночь, когда у нас почти закончились снаряды и я пустил на ту сторону диверсионные группы Шереметева, японцы не приняли вызов. Они ушли еще до того, как мы смогли вступить с ними в бой. Был очень велик соблазн снова пойти за ними, давить тем, что есть, и надеяться, что они так и не остановятся, пока мы не скинем их в море. Но мечты, мечты… Такое могло бы сработать с какими-то туземными войсками, но японцы уже скоро бы оправились, их армии насытились бы подходящими обозами со снарядами и патронами, и они бы дали бой, который мы, без своих тылов и снабжения, просто не смогли бы выиграть.

Поэтому я просто вернул всех назад. Тогда было достаточно и той гарантии, что японцы не пойдут в наступление в ближайшие недели. И этого хватило, чтобы стабилизировать фронт — не на героизме и удаче, а на чем-то более серьезном. Мы очистили тыл, отогнав дивизию Иноуэ и не дав ей зацепиться за И-Чжоу с нашими ранеными и железной дорогой. Мы дождались возвращения главных сил из Мукдена, словно и не было никакого сражения при Ляояне.

Вернулись Штакельберг, Бильдерлинг и Мищенко, смущенно отводящие от меня взгляды. Вернулся Самсонов, который честно выполнил каждый из данных ему приказов, но так неспешно, что это потеряло всякий смысл. Вернулись Куропаткин, министры, великий князь и даже наместник Алексеев, заполнив город суетой сотен свитских, желающих выслужиться перед своим начальством. Целый день они изучали подготовленные мной доклады, что-то смотрели сами, и вот пришло время. С минуты на минуту меня должны вызвать на большое собрание, чтобы решить, что делать дальше.