Японская война 1904. Книга третья

К тому моменту Огинский с Ванновским просто не выдержали и убежали в штаб заниматься своими делами, которые с них никто не снимал, а меня неожиданно встретил всклокоченный и восторженный Шереметев.

— Только не спрашивайте, пил я ночью или нет, — только и махнул он рукой.

— И не буду. Вы что-то придумали для дела, ведь так? — я сразу узнал этот горящий взгляд, который так пугает тех, кто любит сидеть на попе ровно.

— Не я, — сразу замотал головой Шереметев. — Это капитан Николай Степанович Лишин, из новеньких минеров, что мы подобрали во время боя. Он обратился ко мне с предложением доработки такого оружия, как гренада. Те же китайцы до сих используют свои глиняные бомбочки, а Лишин предложил это дело улучшить. Берем снарядную гильзу, начиняем пироксилином, сверху капсюль-воспламенитель, а над ним… Крышка с жалом! Если такую гранату надеть на деревянную ручку да правильно бросить, то жало активирует заряд при ударе, и происходит взрыв. Я как представил, насколько подобная придумка будет полезна нам при штурме японских окопов, так сразу взял этого молодого человека под свою руку.

— Судя по тому, как вы все рассказываете… — у меня было очень много дополнений для текущей версии гранаты, но очень не хотелось убивать на корню чужую инициативу. Тем более настолько полезную. — Вы ведь уже сделали эти устройства? И тренировочные броски провели?

— Так точно! — широко улыбнулся Шереметев.

Меня утащили на полигон 1-й дивизии, и уже через полчаса передо мной стоял смущающийся капитан Лишин. Человек, которого в будущем назовут создателем первой современной гранаты. Но пока это был просто молодой офицер, чуть за тридцать, который очень нервничал, представляя свое изобретение.

— Смотрите, сверху при переноске мы ставим защитный колпак, чтобы жало не повредило капсюль раньше времени, — рассказывал он. — Перед броском мы его снимаем, но граната все равно не сработает сама по себе.

Я кивнул, изучая похожий на букву «Г» паз.

— И что делать, чтобы взрыв все-таки случился?

— Замахиваемся, вот так, — Лишин поднял руку для броска, и колпачок на гранате под действием центробежной силы немного повернулся. — Теперь упора нет, жало может надавить на капсюль, и граната при касании цели сдетонирует. А благодаря палке достаточной длины мы сможем ее бросить достаточно точно.

Он повернулся ко мне, ожидая высокого решения, но я все так же не собирался спешить.

— Степан Сергеевич, позовите солдат двадцать для эксперимента, — попросил я Шереметева, а потом повернулся к Лишину. — Это же тестовый экземпляр без взрывчатого вещества внутри?

Судя по побледневшему виду капитана, такими мелочами он не заморачивался. Эх, надо было сразу этот вопрос задать, вместо того чтобы бездумно вплотную подходить и на новинки смотреть.