Война (СИ)

Потом огорченно вздохнула — кому может понравиться этот голенастый большеротый лягушонок?! Приблизив лицо к зеркальной поверхности, она указательными пальчиками оттянула уголки век к вискам… Э-эх, если бы она была хоть капельку похожа на тех загадочных японских дам, которыми так восхищался её брат, когда думал, что она не слышит его откровенных высказываний в беседах с другими дипломатами-мужчинами… Не зря же Алексей так ценит свою наложницу, ведь она тоже совсем не похожа на обычных русских девушек! Топнув ногой, Анна гневно тряхнула головой, отчего её кудряшки задорными пружинками заскакали по её спине. Ничего, она ещё всем им покажет! Неделя? Это целых семь дней, уйма времени! Она — княжна Долгорукая, она всё успеет! И танец выучит всем на зависть, и наряд подберёт, и придумает такие остроумные фразы, что все просто обзавидуются!

Замерев, она подумала: ведь главное — совсем не бал, а предстоящая завтра встреча с Алексеем. О чем он хочет с ней поговорить? А вдруг родители неправильно его поняли, и он снисходительно объяснит ей, что детство позади, что пора ей становится взрослой и прощаться с глупыми надеждами на то, что она может «на нём жениться»… Анна отчаянно покраснела, вспомнив свой непререкаемый тон, с которым произносила тогда эти глупые слова. Но всё же… Ведь теперь он — не просто принц из её детский воспоминаний, он — целый император.

Да нет, быть не может, чтобы её папа ошибся! Скорее, небо рухнет на землю, а люди начнут летать, словно птицы… Род превыше всего, всегда говорит отец, а значит, если он уверен, что его дочь может стать императрицей, то так тому и быть.

Прислонившись к мраморной колонне, я медленно потягивал вино, своим оттенком пурпура напоминавшим мне кровь, причём, куда больше, чем алый цвет тех лент, что дебютантки прицепили к своим платьям в знак поддержки русских войск в предстоящей войне.

Официальная часть мероприятия — самая трудная для меня — была позади. Обычно после торжественного открытия весеннего бала и первого вальса воцарялась оживлённая праздничная атмосфера. Уже сложившиеся пары танцевали, пламенея смущенным румянцем; родители юных девушек, приосанившись, кидали гордые взгляды на своих чад и придирчивые — на чужих…Музыка, сплетни, брачные сговоры — всё привычно повторялось из года в год, казалось, мало чем можно было удивить завсегдатаев столичных балов.

Хотя, в этом году матримониальные устремления многих представителей родовитых семейств достигли заоблачных высот.