Война. Часть 1 (СИ)

Толкаю в бок Аниськина и командую: «Подъём»!

В то же мгновение с горы по воде ударил японский пулемёт.

— Вон он там, наверху! — Тычу рукой в сторону огневой точки врага, Аниськин крутит ствол, но он упирается в пригорок в трёх метрах от нас.

— Давай, разом взяли! — Вскакивает на ноги пулемётчик. Вместе с двух сторон берёмся за колёса, зарывшиеся в тяжёлый грунт, рывком поднимаем пулемёт и, скользя в грязи, тащим его наверх. Со стороны озера раздаются ответные очереди, ракета гаснет и наступает полная темнота.

— Где? Где? Не вижу… — крутит головой пулемётчик.

Глаза, привыкшие к темноте, снова слепит жёлтая ракета, взлетевшая с плоской вершины сопки.

«Сам не вижу… — замелькали в голове обрывки мыслей, разгоняемые адреналином, — как их разглядишь в этих зарослях…. а наши — как на ладони, не спрячешь большие лодки в камышах… Сколько от них до японцев? С полкилометра? Даже поменьше… Как нарочно поджидали. Ловушка?… Перебьют всех как в тире»…

Нос первой лодки утыкается в заросли камыша в десятке метров от остова У-2 к очередям пулемёта добавились винтовочные хлопки. Вода между лодками вспухает от десятков фонтанов, деревянная рубка брызнула битым стеклом и крупными щепками.

— Полундра! — Через низкий борт в воду посыпались люди в чёрных бушлатах, пулемёт на носу замолк.

Мотор, идущей следом лодки, громко затарахтел, она резко тормозит, останавливается в паре метров от зарослей и начинает медленно сдавать назад, при этом её пулемётчик продолжает палить в белый свет как в копеечку.

— Не вижу… — трясёт головой Аниськин.

— Какая разница, бей на звук, жги самураев!

Громкий глухой звук застучавшего «Максима» закладывает уши ватой, брезентовая патронная лента рвётся из рук, огненная корона у дульного среза пулемёта подсвечивает дьявольским светом безумный профиль «детектива» с вылезшими из орбит глазами и ощерившимся ртом. Двести пятьдесят патронов на ленте пропадают в ненасытном чреве пулемёта меньше, чем за минуту и вот я уже скольжу на заднице вниз по мокрой траве за вторым коробом.

«Последний, больше нет».

У японцев, судя по звуку, недостатка в боеприпасах нет — к первому ручнику присоединяются ещё два с вершины сопки. Подхватываю свою длинную винтовку и — в обратный путь.

«Точно ждали их…. шинель!.. — вдруг, как молния, пронизывает меня догадка, — сложили два и два… поняли что подстрелили крупную птицу… быть может даже фамилию мою сумели прочитать на подкладке… если так, то просчитали, что наши наверняка пошлют помощь… с другой стороны, должны были и на наш поиск выставить крупные силы… не успели до темноты, да и дождь мог помешать… тогда жди облавы с рассветом»…

— За смертью посылать… — бурчит себе под нос Аниськин.