Японская война 1904. Книга 6

Заодно благодаря их транспортам и готовности принимать даже небольшие группы бывших солдат получилось окончательно решить проблему с пленными. Кто-то и так согласился на предложение обменять честный труд на землю, а те, кто захотел вернуться любой ценой, неожиданно осознали, что на родине нет ни еды, ни хоть какого-то дела.

Мы успели отправить в Токио и Сацуму всего около тысячи человек, когда этот же поток развернулся обратно, и уже обычными рабочими недавние пленники снова потянулись в Маньчжурию. Только на этот раз им уже не обещали ничего кроме заработной платы. Честной, но по сравнению со своей землей всего за три года — никакого сравнения. Где-то неделя ушла на то, чтобы эта информация расползлась по еще не успевшим уехать пленникам, и все.

Желающих сбежать на родину разом стало на порядки меньше. И так вышло даже лучше, чем я думал: самые идейные все-таки нас покинули, а остальные без смутьянов под боком и жить лучше стали, и работать. Благодаря чему мы очень многое успели. Железную дорогу до новых шахт Бэньси проложили за считанные недели. Конечно, помогло привлечение техники и заводские рельсы, которыми продолжал снабжать нас Путиловский. После запуска Кругобайкальской железной дороги сроки доставки товаров уменьшились почти на неделю. Причем не столько за счет времени в пути, сколько из-за того, что теперь не нужно было ничего перегружать на паромы и стоять в очередях.

Вторая ветка от Инкоу на север, по которой мы возили хлеб из большого Китая, тоже была почти закончена, а вот дорога до Пекина пока замерла. На нее не хватало железа, но вот саму насыпь мы сделали уже на половину пути, и, когда придет время, сможем довести дело до конца гораздо быстрее, чем кто-либо мог бы подумать… По плану сегодня у меня было посещение порта, где японцы Казуэ работали над расширением фарватера и постройкой терминала для погрузки и разгрузки контейнеров, но пришлось отложить.

Четыре дня назад до Санкт-Петербурга доехал отправленный в небольшой отпуск Степан Сергеевич Шереметев. Он вообще-то не собирался, да и мне отпускать генерала 1-го Штурмового совсем не хотелось, но… Только Шереметев среди тех, кому я мог доверять, обладал достаточно известной фамилией и связями, чтобы организовать то, что я попросил.

Когда он уезжал отсюда почти месяц назад, все, что я смог дать ему с собой — это вексель французского банка на предъявителя и небольшой саквояж, в котором в специальных отделениях лежали три десятка совершенно одинаковых пластин кварца для стабилизации и приема межконтинентального радиосигнала.