Золотой воин

– На здоровье. А для остальных у меня другие подарки – во! – И Питер достал из поясной сумки две пригоршни конфет. – На, Локар, тебе самая большая, от головы помогает.

Разбойники засмеялись, все уже знали о приключениях четверых своих товарищей в Малбурге.

В шалаше Питеру спалось хорошо, и он наверстал все недосыпания последних дней. Не помешали даже забравшиеся в рукав муравьи, Питер вытряхнул их, не просыпаясь.

Наутро он пробудился от шума и, выйдя из шалаша, увидел капитана фон Криспа, трясшего попавшегося ему разбойника.

– Где вино, собака туранская?! Говори, кто украл?! – кричал он и так сильно тряс беднягу, что тот даже при желании ничего не смог бы сказать.

– Вино я спрятал, господин капитан, – сказал Питер, выходя вперед.

Фон Крисп недоуменно уставился на невесть как попавшего в расположение лагеря незнакомца и отпустил разбойника.

Последовала пауза, за которой напряженно следили спрятавшиеся в кустах другие члены отряда.

– Сожри меня огры, это же он, Питер Фонтен! – воскликнул капитан. – Иди, я обниму тебя, мой второй блудный сын!

И они обнялись, хлопая друг друга по спинам. От капитана разило кислятиной и еще не перегоревшим вином, он все еще был немного пьян, но похмелье уже брало верх над весельем и легкостью.

Из шалаша показался Крафт. Увидев Питера, он не поверил своим глазам и встряхнул тяжелой головой, однако это было не видение, и Крафт снова заплакал, в непосильной борьбе с вином он стал слезлив.

Питер сам подошел к нему и обнял друга, а тот все приговаривал:

– Я чувствовал, я чувствовал, что ты придешь – я тебя во сне видел!

– Я тоже, сожри меня огры, видел его во сне! – признался фон Крисп.

– Вы оба видели меня наяву, потому что я пытался поднять вас, но вы были слишком пьяны…

– Да-а, мы тут празднуем встречу однополчан уже… – Капитан попытался посчитать, но, видимо, потерялся во времени. – Давно празднуем, одним словом. И, по-моему, я зарубил какого-то мерзавца, что лез за моими деньгами… или мне это тоже приснилось?

– Никак нет, ваше благородие, не приснилось, – подал голос Морелис. Он и другие разбойники повылазили из шалашей, поняв, что никого наказывать капитан не собирается.

– Все потому, что у меня чуткий сон и, каким я ни бываю пьяным, лазутчика почувствую завсегда! И р-раз! – Капитан рубанул воздух ладонью. – Нет подлеца!

И он хрипло засмеялся, затем вдруг сделался серьезным:

– Так ты говоришь, спрятал все вино?

– Спрятал, – подтвердил Питер.

– И как же я при этом не проснулся?

– Я старался не шуметь, господин капитан.

– Вот, моя школа! – с гордостью произнес фон Крисп и хлопнул Питера по плечу.