Золотой воин

Как будто эти звуки донеслись откуда-то с запада, но сказать точнее было трудно, отсыревшие ветки, что валялись на земле, ломались почти беззвучно, и чужих шагов было не разобрать.

Питер сошел с тропы и, углубившись в голый кустарник, затаился. Вот появился человек с мечом в ножнах и арбалетом, который держал вдоль тела. Дойдя до тропы, незнакомец остановился, давая Питеру как следует разглядеть себя.

Вне всякого сомнения, это был солдат императорской армии, об этом говорил вышитый на кожаном панцире герб. Голова солдата была прикрыта легким кожаным шлемом, усиленным осаженными по колодке стальными пластинами, короткий плащ синего сукна был заброшен на спину, сапоги потемнели от сырости.

Ярдах в тридцати от него на тропу вышел еще один солдат, а с другой стороны – еще двое.

Они стали жестами переговариваться друг с другом, выясняя, куда подевался тот, кто шел по тропе.

«Поймают – убьют», – подумал Питер и стал осторожно пятиться. Он действовал почти безупречно, не выдавая себя ни одним шорохом, однако взлетевшая вдруг из-под его ноги птица наделала немало шума и сразу привлекла к нему внимание.

Можно было не сомневаться, что теперь он обнаружен, и Питер помчался прочь от тропы – в глубь леса. Он ожидал услышать голоса загонщиков, однако те преследовали молча. Лишь приглушенный треск сучков и быстрые шаги за спиной говорили о том, что они не отстают.

Щелкнул арбалет, болт вспорол землю под ногами, Питер с опозданием отскочил в сторону и принялся петлять, боясь, что его вот-вот подстрелят. Судя по шуму, охотники пытались его окружить, но тут, на счастье Питера, кустарник закончился, сменившись дубовым лесом со старыми основательными деревьями.

Пробежав еще немного, Питер спрятался за одним из них и стал прислушиваться, стараясь наладить дыхание. Вот послышался шорох, потом тяжелое сопение.

Охотник сделал еще один шаг, и Питер увидел поднятый арбалет. Ударив по нему мечом, он выбил оружие и, выскочив из-за дерева, ударил еще раз, но солдат отпрянул, и кончик меча лишь оставил царапину на кожаном панцире.

Подхватив тяжелый арбалет, Питер с размаху швырнул его в другого солдата. Удар был сильным, солдат упал и стал отползать на четвереньках, путаясь в плаще.

Один, два, а где еще двое?

Даже не услышав, а почувствовав движение, Питер резко развернулся, и меч в его руке описал полукруг, врезавшись в сталь другого меча.

Получив внезапный отпор, третий противник отпрянул, помешав четвертому. Теперь Питер был один против двоих, и один из них достал кинжал.

– Попробуешь бросить – убью, – пригрозил Питер.

– Думаешь, напугал? – криво усмехнулся тот, но кинжал в ножны убрал.

Это послужило для Питера сигналом, он атаковал другого, чередуя удары сверху с быстрой подсечкой по бедрам.