Воин-Врач IV

Но с некоторыми существенными отличиями. Вряд ли кто-то слышал, чтоб рыси лаяли, а наш вот гавкал так, что заслушаться можно было. Но шипел тоже великолепно.

Безногий ветеран-инвалид с трудной судьбой, Ставр, тоже шипел чаще, чем разговаривал, но у этого выходило не по-кошачьи, а вовсе уж люто, по-змеиному, лучше бы уж хрипел, как раньше. Дошло до того, что со двора разбегались все гражданские, едва заслышав их шипение и лай.

Сам Всеслав продолжал говорить человеческим голосом, но делать это вне стен, за которыми собиралась то узким, то широким составом Ставка, практически перестал. Он и с сыном играл практически молча, переставляя по полу деревянные фигурки или надевая на руки кукол, тоже ставших молчаливыми. И пару раз случалось, что, застыв с лошадкой или мишкой в руке, замирал, а потом вскакивал и выходил из комнаты, на ходу веля сзывать советников. Придумав что-то, что могло улучшить и без того вылизанный и посекундно выверенный план операции под кодовым названием «Лужа». В которую должен был с размаху сесть папа римский. Ни Дарёна, ни тем более Леся с Домной к великому князю с разговорами и расспросами не лезли. Надо думать, мучаясь по этому поводу нещадно. Но терпели, понимая, что на Всеславе и без того лежал груз забот и ответственности, никому из живых и не снившийся."

"Как вышло так, что за неполных три недели произошло столько всего и практически сразу, отчаялись понять и князь, и я. Выручала только давняя общая, одна на двоих, а теперь будто бы усилившаяся вдвое привычка идти к намеченной цели до конца, до победы, сжав зубы, а предварительно наплевав на всё и всех, пытавшихся помешать. Ну и люди, конечно, выручали.

Видя, как настойчиво и упорно продолжал выбиваться, да всё никак не мог выбиться из сил батюшка-князь, подтягивались все. Подземные сидельцы, громовых и огненных дел мастера, выкатили за две седмицы едва ли не месячную норму продукции. Как могли на скорость химических реакций повлиять вовлечённость, лояльность, энтузиазм, да хоть бы даже и наш с князем личный пример, мы понять не смогли. Всеслав привычно свалил всё на волю Богов. Я тоже этот и некоторые другие факты ничем, кроме чуда, объяснить не мог. Да, ненаучно. Но факт.

Свен приступил к испытанию арбалетов-самострелов. Первые «блины комом» взвести смогли только Ждановы и самые крупные Гнатовы. Болт летел на четыре с половиной перестрела, триста с лишним метров, невообразимая по нынешним временам дистанция выстрела. На расстоянии до двухсот метров древко при попадании в твёрдую мишень, вроде толстой деревянной колоды, разлеталось в щепки. Свиную тушу, подвешенную на суку́, прошивало, кажется, не меняя ни скорости, ни траектории. Следующие прототипы, которые под силу было взвести уже каждому из ратников, молча отнял Янко, все пять штук.