Воин-Врач II

Особенно восхитили четверо, что свесились вниз головами прямо с крыши крыльца, считай — перед нашим носом, с лёгкими, но не менее опасными от этого степными саблями и засапожниками в каждой руке. Крепкие руки друзей держали их за ноги. И, приди беда, эти-то уж точно успели бы.

Ратники опускали оружие, недоумённо глядя на то, как с хохотом повалились друг на дружку князь с ханом. Искренний, живой смех вызвал сперва несмелые улыбки, а потом захватил всё подворье. И вот уже ржали все, от висевших, как полагается, вниз головами нетопырей, до Яновых снайперов на дальних крышах.

Когда Гнат, утерев выступившие со смеху слёзы, отыграл всем отбой, Шарукан не удержался от похвалы:

— Молодцы твои вои, Слав! Моргнуть не успел, а они уж весь двор заняли.

— Ну а как же? Учим помаленьку, — с нескрываемым удовольствием кивнул князь. О том, что занят наверняка был не только двор с крышами, но и две-три ближайших улицы во все стороны, он говорить не стал."

"— А эти твои, летучие, ещё строже, поди, обучены? — интерес хана был очевиден. И Всеслав решил не особо запираться, всё равно рано или поздно правда выйдет наружу. Да и похвастаться хотелось, если уж совсем начистоту.

— А то! Жуткий народ, людоеды, сам их боюсь, — начал он в шутливом тоне. — Только ретивые уж больно, горячие, как твои скакуны степные. Отправил вон к одному городу, так они в запале три других заняли, балбесы.

— Три? Три вражьих города? — удивился хан.

— Ага. Оломоуц, Ратибор и этот, как его, беса… — Чародей пощёлкал пальцами, делая вид, что позабыл, — Рысь, ну как его?

— Краков, княже, — смиренно, с библейским спокойствием почти нараспев ответил Гнат.

— Краков — большой город, — с непонятной интонацией не то спросил, не то подтвердил Байгар. А его единственный глаз раскрылся так широко, как никогда прежде.

— Это точно, — печально вздохнул Всеслав. — И красивый, говорят. Жалко будет, если спалят.

— Большая победа, друже. Болеслав, думаю, будет очень опечален, — подал голос и молчавший до этой поры хан. — Наверное, ты потратил много времени на подготовку. Разместить огромное войско на чужих землях, под самым носом короля — трудная задача.

— Хару, хочешь верь, хочешь нет, но как на пьянку собирались, в один миг: «А не рвануть ли? А давай!» — отозвался князь.

— А войско? — недоверчиво уточнил Байгар, нахмурившись.

— Да там во́йска-то, скажешь тоже, — отмахнулся Чародей. — Двадцать душ всего и ушло.

И, заметив, что недоверие с лиц половцев не сходило, добавил:

— Но звери лютые, конечно. Демоны настоящие. Духи лесо́в и рек их слушаются, как ручные. Я, между нами говоря, — он понизил голос, — сам их побаиваюсь. Скажи, Рысь?

— За князя не скажу, а вот я тех злодеев опасаюсь точно.