Воин-Врач II

О том, что «ополчение быстрого реагирования», что вежливо, но настойчиво впёрлось, миновав Жданову стражу, уверив её в том, что пришли на подмогу, уже распустил по домам воевода Рысь, мы пока не знали. Гнат добрыми матюкам поблагодарил общество за бдительность, уверил, что княжья дружина управится сама и велел освободить периметр от греха. Народ, собравшийся на помощь, был весь из опытных мужиков, службу знавших и помнивших. С одобрительным гулом ополчение выбралось за стены подворья. И уже через несколько минут уважительно глядело вслед едва ли не сотне конных, да с заводными, что вылетела к берегу вмиг и пропала в снежных облаках, как длинная очередь из неизвестного пока пулемёта.

— Всё ли хорошо, Слав? — спросил Степной волк.

— Да, друже, ладно всё. Вести пришли с севера, что другой мой отряд летучий задание выполнил и с победой вернулся. Сейчас на пути сюда. Я отправил ратников навстречу, чтоб с почётом героев доставили, — ответил князь, усаживаясь с тяжким старческим вздохом на ступеньку рядом с ханом.

Из-за спины протянулись руки, едва не напугав. В каждой было по паря́щей горячим плошке. Запахло сытным варевом-бульоном, сдобренным намороженными в избытке луком, укропом и щавелем. Самое то, с устатку на морозце горячего хлебнуть.

— Домне благодарность мою передайте, девицы-красавицы. Умницы вы у неё, помогаете, дело знаете, — не оборачиваясь, сказал Всеслав, отхлебнув крепко посоленного и наперчённого. Ух, аж в пот бросило.

За спиной кто-то ахнул на три голоса, и донёсся лёгкий топоток убегавших в тепло валенок. Опять сказки пойдут рассказывать, что Чародей спиной да закрытыми глазами вкруг себя всё видит да всё подмечает…

— О как. С севера. И много ли у тебя, Слав, тех отрядов летучих, что врагам твоим у них же дома покою не дают? — спросил хан.

Всеслав проигнорировал то, как чуть заметно насторожились Гнат с Байгаром. Даже прихлёбывать бульон гораздо тише стали. Потому что различил в вопросе Шарукана не стремление выведать военную тайну, а обычную дружескую подначку. И ответил легко, в тон ему, с улыбкой:

— Хватает, Хару. Им хватает, не мне. Мне всё мало, я во вражьих крови да золоте сытости не знаю-у-у!

К середине фразы Чародей состроил хищное лицо, оскалившись, а под конец и вовсе завыл. Хан, голубые глаза которого сперва чуть расширились от удивления, а потом зажглись задорным интересом, вой подхватил. Не удержались и Рысь с Байгаром. И расхохотались хором, когда через два удара сердца двор заполнился готовыми к бою Ждановыми, на крыши кузнечиками повыскакивали Яновы со стрелами в зубах, а Гнатовы лиходеи появлялись смазанными серыми тенями вовсе уж в неожиданных местах.