Прирожденный воин

Сохно стремительно спускается в колодец, без страха ползёт в проход, держа в одной руке «стечкин», в другой фонарь. Возвращается быстро. Возбуждён, словно встретился в лазе с привидением.

– Ушли! Уш-шли... – И во время разговора чуть не задыхается от злости. Так бывает с цепными собаками, которых цепь не пускает к противнику. Они лают, хрипят и задыхаются.

– Куда? Как? Был же взрыв!

– Проход завален. Под завалом трупы. Остальные ушли.

– Испарились... – вздыхает Кордебалет.

– К выходу! – командует Согрин как старший по званию. – Выходы перекрыть. Все перекрыть!

Разин отдаёт распоряжения, рассылает людей. Кордебалет инструктирует командиров на наличие мин, показывая опасные участки на карте. А Согрин с Сохно и Разин со своей группой уже устремляются в погоню.

Но быстрая ходьба в потёмках не сбивает дыхание Сохно. Он корит себя:

– Я сам... Я сам проверял каждую стенку... С фонарём полз... Там негде было выбраться... Негде... Я даже простукивал подозрительные места... Как прозевал? Как?..

– При чём здесь ты... Это Талгат... – делает вывод Разин. – Талгат пробил проход сбоку...

– Проковырял... – уточняет Согрин. – Если бы он пробивал, нам было бы слышно...

– Проковырял, – соглашается Разин. – Наверняка он хорошо знает эти пещеры. Помнится, он раньше жил где-то в этом районе... И вывел всех. Выручил... Надо успеть...

Они идут быстро. На пределе, который определяется обстоятельствами. И понимают при этом, что и боевики обязаны идти так же, если хотят спастись. Но у боевиков есть в составе трое пленников, которые к такому передвижению не приспособлены. Правда, и эти пленники должны свою жизнь ценить. А когда тебя толкают в спину стволом автомата, невольно будешь поторапливаться. Здесь уже не физическая подготовка будет играть роль, а инстинкт самосохранения.

– Не уйдут... – уверен в себе Сохно. Он знает, что, когда потребуется, лошадь бегом загонит, не то что человека. Не знаком с усталостью.

– Уйдут, если на склоне пурга... – охлаждает пыл Сохно майор Паутов.

– Там пурга... Куда же она делась... – говорит Согрин.

– Может до хребта дойти и отразиться... Сменить направление...

– Высоко шла... Вершины захватывала...

– Высоко только тучи... Сама пурга ниже...

– Попробуй-ка, уйди в пургу... Сгинут без конца... Не рискнут выйти...

– Для них это шанс. Пойдут...

В такой обстановке они не гасят фонари даже тогда, когда выбираются в главный проход к большому камню-валуну. Сомневаются, что кто-то захочет устроить засаду на численно превосходящего противника. Боевиков слишком мало, чтобы атаковать. К тому же с фонарями легче обнаружить заминированные участки, хотя сомнительно, что Азиз позволит себе остановку для такого тонкого и несуетливого дела. Азиз старается создать дистанцию.