Воевода

– Не понимаю я… – произнесла Анастасия и оборвалась на полуслове, уставившись на вышивку.

– Что не понимаешь?

– Мужа моего заваливают жалобами на Андрея и доносами. Один дурнее другого. Причем люди верные, что ездят в Тулу, не подтверждают сказанного. Но… откуда столько доносов? Ради кого? Он ведь простой воевода. Чего они икру мечут?

– Ошибаешься сестрица, – криво усмехнулся Данила.

– В чем же?"

"– Андрей не просто воевода. О нем почитай во всей Руси уже знают. Все. От хлебороба до Царя. Найти человека, который про него не слышал во всей державе не получится.

– И что?

– А тебе этого мало? Разве не знаешь, как сильны завистники в своих кознях?

– Это не повод боярам и родовитым пытаться его с грязью смешать. Что происходит? Они словно обезумили!

– Если честно, я сам не сильно понимаю. Ведь воду мутят далеко не все. Те, что с турками торг ведут или мзду с того имеют – ясно чего возбудились. Но ведь есть и другие.

– А не боятся гнева царского?

– Ну они ведь ради Царя стараются. Слухи передают. Дескать, злоумышляет Андрей против него.

– А то супруг мой не понимает, ради кого они стараются.

– Если много и упорно говорить «хрю», все вокруг могут поверить, что ты поросенок. – улыбнулся Данила. – Шучу, конечно. Но упорство этих людей понятно. Видимо им из Царьграда шепнули что. Вот и стараются, опасаясь прибылей своих лишится. А они там не малые.

– Не малые, – кивнула Анастасия. – Но ведь не только они. А остальные чего?

– Ты помнишь, как Андрей выступал на заседании Думы?

– Я не присутствовала. Как я могу помнить?

– Брось. Знаю же, что подглядывала.

– И?

– Не обратила внимание на то, как он обидел Курбского?

– За дело.

– За дело то, оно, может и так. Но он – простолюдин – обидел Рюриковича. Прилюдно. Унизил. Смешал с дерьмом. Указав на безграмотность, дикость и необразованность. Ты понимаешь, что это значит?

– Андрей вообще-то правнук Владимира Святого.

– И да, и нет.

– Как так? Об этом же все знают.

– Все да не все. Кто в нем публично это признал? Собор поместный? Или может быть твой супруг? Посему его положение очень странное. И не все верят в слухи. А если их отбросить, то кто перед нами? Простой помещик, который прыгнул выше своей головы. Без рода и племени. Его Царь обласкал и ныне позволяет унижать Рюриковичей прилюдно.

– Но ты то веришь?

– Душа душой, а кровь кровью. Он простолюдин. И дети его будут безродными. Душу им он ведь не передаст.

Царица оставила вышивку, воткнув несколько нервно иголку в поле ткани. И в упор уставилась на брата. Пауза затягивалась. Наконец, дернув щекой, он спросила:

– Как мы?

– Ну ты не сравнивай!

– Почему же? От кого мы род держим?

– От боярина новгородского.

– А он сам откуда?

Данила Романович завис, силясь придумать ответ.