Воевода

Понятное дело, что пряжи получалось заметно больше, чем требовалось для ковров. Даже в рамках довольно ограниченной закупки шерсти прошлого года. По весне же 1556 года купец Агафон сумел закупить степной шерсти ОЧЕНЬ много. И загрузить ее переработкой всех желающих. Там ведь нужно было не только прядением заниматься, но и другими стадиями переработки. Но это требовалось не для ковров. Нет.

На выделенной ему земле в Туле Андрей с началом тепла начал строительство большой ткацкой мануфактуры. Понятно, тонкого и дорогого материала ему на ней не выпустить из-за нехватки мастеров и подходящего сырья. Однако он и не собирался, планируя сосредоточиться на прочных тканях саржевого плетения. Не только шерстяных, но и льняных, конопляных и даже из крапивного волокна. Для чего загрузил и озадачил Агафона."

"Его задумка была проста как мычание. Опираясь на текущий уровень техники правильно организовать ткацкое производство подходящего типа. За счет чего выдавать объем и стабильное качество. Но главное – низкую себестоимость. Через что плотно насесть на голодающий рынок. А спрос на простые, крепкие ткани был жуткий. Что на самой Руси, что в ближайшей степи.

Но это, конечно, уже тема далеко не вотчинного хозяйства…

В вотчине Марфа дополнительно организовала только вязальный цех… мастерскую, где сидело четыре девочки и вязали. Шапки и носки с шарфами. Но тут что эвакуировать? Просто поднял девочек и повел с собой.

Столярно-плотничными делами руководил Игнат. И это направление удерживало больше всего рабочих рук. Исключая, конечно, строительство, на котором трудилось много временно привлеченных артелей. Кроме собственно столярки общего профиля у Игната имелось пять специализированных мастерских. В первой делали стрелы. Не только древки, но и вообще – собирали их. Во второй клеили щиты двух типов – капли и круглые. В третьей, делали древки для копий, как обычных-легких, так и длинных – для сшибки. В четвертой, делали колеса. Обычные стандартные колеса одного размера и профиля. В пятой, потихоньку лепили повозки. Двуколки для обоза полка. Их ведь теперь требовалось немало.

Совокупно – семьдесят шесть человек.

И с эвакуацией все было тут очень непросто. Ведь кроме людей хватало большого количества специализированного инструмента и оснасток. И все это увезти с собой попросту не представлялось возможным.

В кузнечном направлении Илья задействовал людей поменьше. Однако это не означало, что оно было хуже поставлено. Нет. Кроме кузницы общего профиля, в которой сидело три человека и обслуживало текущие интересы, у Ильи хватало и специализированных мастерских. Крошечных.

В самой главной он сам с парой помощников с помощью персидской тигельной печи занимался плавками. От временных печек они уже отошли.