Водопад

 — Пожалуй, я бы занималась этим не без удовольствия, если бы…

— Если бы что?

— Если бы не ощущение, что Сфинкс сам получает удовольствие.

— Ему нравится манипулировать тобой?

Шивон кивнула.

— А раз он сумел забрать такую власть надо мной, то тем более мог управлять Филиппой.

— Ты продолжаешь считать, что Сфинкс — это «он»? — спросил Ребус.

— Исключительно удобства ради. Я… — Ее прервал звонок мобильника. — Мой, — быстро сказала Шивон, увидев, что Ребус полез в карман. Ее мобильник был вставлен в специальное зарядное гнездо на приборной доске рядом с автомагнитолой. Шивон нажала кнопку громкой связи.

— Ух ты, «хэндз-фри»!.. — с уважением пробормотал Ребус.

— Слушаю?… — сказала Шивон.

— Это констебль Кларк?

— Мистер Костелло? — Шивон сразу узнала голос. — Чем могу быть полезна?

— Я тут подумал… Помните, вы говорили насчет игр и прочего?

— Да.

— Кажется, я знаю одного человека, который неплохо разбирается в подобных вещах. Точнее, не я, а Филиппа…

— Как его имя?

Шивон бросила быстрый взгляд в сторону Ребуса, но тот уже приготовил ручку и блокнот.

Дэвид Костелло назвал имя, но на линии возникли какие-то помехи, и голос его прервался.

— Прошу прощения, — сказала Шивон, — вы не могли бы повторить?

Костелло повторил, и на этот раз и Ребус, и Шивон услышали его слова отчетливо и ясно.

— Марр, Раналд Марр.

Шивон нахмурилась, беззвучно шевеля губами. Ребус кивнул. Он знал, кто такой Раналд Марр. Так звали делового партнера Джона Бальфура — человека, который управлял эдинбургским отделением банка.

В участке было тихо и безлюдно. Часть детективов закончила смену и разошлась по домам, остальные еще не вернулись с инструктажа в Гэйфилдском участке. Еще один день прошел без вестей о Филиппе, без каких-либо сигналов, позволивших бы надеяться, что она еще жива. Ее кредитные карточки и банковский счет оставались нетронутыми; звонков родным или друзьям тоже не поступало. Девушка как в воду канула. Ходили слухи, будто Билл Прайд в бессильной ярости швырнул свою планшетку через весь зал, так что сотрудникам пришлось от нее уворачиваться. Джон Бальфур продолжал усиливать давление; он давал одно интервью за другим и в каждом жестко говорил, что следствие топчется на месте. Начальник полиции устроил разнос своему заместителю, а тот в свою очередь насел на нижестоящих. Ввиду отсутствия новых версий, проводился еще один тотальный опрос друзей, родственников, знакомых и соседей. Все нервничали и срывались по пустякам.

Ребус первым делом попытался дозвониться в Гэйфилд Биллу Прайду, но линия была занята. Тогда он позвонил в Большой Дом и попросил позвать к телефону Клаверхауса или Ормистона из Второго отдела департамента Уголовного розыска.

Трубку взял Клаверхаус.

— Алло, это Джон Ребус.