Во власти зверя. Страсть волчицы

Её заключалось в темноволосом оборотне с тяжелым взглядом и потрясающем телом.

Она думала, что пройдет ночь и всё изменится. Вернется злой волк. Она ошиблась."

"Ник в первое же утро шлепнул её по попе и распорядился:

– Готовим вместе. Возражений не принимаю.

Кто мог похвастаться, что готовит вместе с любовником?

Правда, в первый день особенно приготовить что-либо не получилось.

Ник продержался полчаса. Она честно отбивала мясо, когда он подошёл и властно задрал подол своей же рубашки.

– Голод моего члена сильнее голода моего желудка. Раздвинь ноги. Вот так. Вот таааак…

Он прижал её к столешнице и вошёл.

Марике нравилось, что с ней происходит. Пусть это походило на некое принуждение. Он не спрашивал – он просто брал. Но в его движениях не было насилия.

Он говорил что-то про садо-мазо. В их страсти не было боли. Да, было подчинение. Да, были требования. Но это так возбуждало…

Почему?

Она не знала. Главным было другое – её душа и тело стремились к оборотню.

А ещё была нежность…

Да, она была! Мужские руки не мяли, не сжимали, а ласкали. Глаза смотрели не с ненавистью, а с теплотой.

Марика иногда даже не верила в происходящее.

Разве можно было вот так взять и довериться чужаку? Вверить свою судьбу в его руки?

Она без колебаний отвечала – да, можно.

Особенно в эти руки…

Встреча между стаей и вампирами должна была произойти на расчищенной под спортивный комплекс площадке.

Оборотни прибыли первыми.

– Я пойду с тобой, – сказала Марика и тяжело вздохнула. Встреча легкой быть не обещала.

Ник, нахмурился, и бросил на неё недовольный взгляд.

– Зачем?

– Я должна. Твои не примут меня, если я всё время буду прятаться за твоей спиной.

Она прочла его мысли.

Он хотел загородить её спиной от всего мира! Чтобы никто не смел на неё косо смотреть! Никто не смел грубого слова сказать! Он молчал про то, чтобы тронуть!

Его зверь начинал бесноваться от одной мысли, что ей могли причинить вред. Никто, – слышите, никто! – больше не причинит ей боли! Он об этом позаботиться.

Собственнические инстинкты обострились до предела, и Ник не без основания опасался, что может сорваться. Если вдруг увидит, что ей угрожает опасность… А от нападения никто не застрахован. Враг мог затаиться.

– Хорошо, – выдавил из себя Ник и заглушил двигатель. Повернулся к ней и взял за плечи. Нежно, но крепко. – Только всё время находишься рядом со мной. Поняла?

Марика улыбнулась и в ответ положила ладошку на его грудь.

Туда, где билось горячее сердце.

– Как скажешь, Ник, как скажешь.

Её низкий чувственный ответ мгновенно нашёл отклик в теле Ника. Тот издал вибрирующий стон и, прищурив глаза, выдохнул:

– Женщина, когда ты так говоришь, у меня возникаешь лишь одна мысль. И она напрямую связана с кроватью. А теперь марш из машины.