Грех во спасение

Князь хмыкнул и покачал головой:

– По-моему, ты изрядно начиталась авантюрных романов, Машенька! Именно в них все легко и просто, а в жизни вам придется преодолеть тысячи верст по горам, лесам, топям... Ведь в тех местах практически нет русских поселений, кругом дикая природа, не менее дикие народы и хищные звери, наконец. До сей поры нет даже приблизительной карты тех мест, до сих пор никто еще не прошел Амуром до его устья, и неизвестно, где оно находится. – Владимир Илларионович обнял Машу за плечи и подвел ее к окну. – Смотри, перед тобой – удобный мир с извозчиками и мостовыми, с прекрасными дворцами и ресторанами. У тебя есть свой дом – уютный, теплый. К твоим услугам горничные и лакеи, а Климентий всегда приготовит на завтрак, обед и ужин любое блюдо, какое только пожелаешь!.. Но если ты решишь отправиться в Сибирь – все это надолго, если не навсегда, исчезнет из твоей жизни. Тебе придется заниматься тем, чем никогда не занимаются барышни твоего происхождения. Ты будешь иметь дело с вещами, о существовании которых даже не подозреваешь сейчас.

– Я научусь этому, – упрямо проговорила Маша, – не боги горшки обжигают. Вы покажете мне, как стрелять из ружей и пистолета, верхом я езжу не хуже вас, и Климентий уже согласился обучить меня стряпать самые простые, но вкусные блюда.

– Действительно, тебе не откажешь ни в уме, ни в предусмотрительности, ни в смелости, – опять вздохнул князь, – но пойми, я не могу позволить поломать твою жизнь. Учти, все, что ты перечислила, лишь малая толика того, что тебе предстоит изведать и научиться делать."

"– Я ничего не боюсь! – Маша решительно закусила нижнюю губу. – Вы увидите, что я не жеманная барышня и, если придется, сумею постоять за себя и исполнить наш план в самом лучшем виде!

– Маша, мы считаем тебя своей дочерью и хотели бы, если ты пожелаешь, чтобы ты звала нас отцом и матерью. – Княгиня подошла к ней, обняла и поцеловала в лоб. – Я очень люблю тебя и клянусь, что мое сердце разрывается от горя, когда я представляю, что мои дорогие дети вынуждены будут испытывать неимоверные лишения, а я буду сидеть в этом красивом доме и дожидаться, когда юная хрупкая девушка спасет моего сына. – Она промокнула глаза и нос маленьким кружевным платочком и не менее решительно, чем Маша перед этим, произнесла: – Я сама поеду в Сибирь и помогу Мите бежать.

– Ну это ты, матушка, определенно с ума сошла! – рассмеялся князь и обнял жену. – Нет, наше время прошло, дорогая! Теперь нам остается только ждать и надеяться, что господь услышит наши молитвы и поможет Маше добиться успеха.

– Но меня беспокоит Алексей. – Зинаида Львовна с грустью посмотрела на Машу. – Твой жених вправе воспротивиться и не пустить тебя в Сибирь.