Грех во спасение

Здесь по-особому чувствовался размеренный, спокойно-патриархальный уклад жизни среди пышных садов, парков, изящных мостиков и беседок, вблизи стен женского монастыря, где стоит памятник иркутскому купцу Григорию Ивановичу Шелихову – неисправимому романтику, авантюристу и радетелю за честь и достоинство России. Его, а не Врангеля, считают в Сибири первым россиянином, достигшим Аляски, открывшим Америку с севера и основавшим там первые три русских поселения. Он строил суда, торговал, занимался научными исследованиями, а в 1799 году, через четыре года после смерти Шелихова, на основе его состояния была создана Российско-Американская компания. Но, как объяснил Маше Тимофей, управление компанией переведено в Петербург, дело это чуть ли не зубами вырвали из рук сибиряков, и заправляют им теперь родовитые немцы, более пекущиеся о своих карманах, чем о благе России. И тем паче нет им никакого дела до Сибири, родине великого землепроходца...

Наконец Зарин все-таки решился выпустить Машу из Иркутска. Все необходимые бумаги ей были выданы до Читы, и она незамедлительно принялась собираться в дорогу. Кузевановы предупредили ее, что в Чите практически ничего нельзя приобрести, и поэтому она с помощью Тимофея закупила всяческой провизии, посуды, табаку для Мити и теплую одежду, наиболее подходящую для этих мест. Старый купец посоветовал ей запастись хорошим вином. Он объяснил, что Дмитрий Владимирович сильно изнурен пребыванием в крепости и работами в руднике, поэтому какое-то время его надо будет поить вином, чтобы улучшить аппетит и поправить пошатнувшееся здоровье.

Михайлу она отправила назад в Санкт-Петербург с письмами, в которых самым подробным образом описывала свое путешествие, за исключением нескольких неприятных происшествий – о них она предпочла умолчать и строго-настрого предупредила Михайлу, чтобы он не болтал об их злоключениях в Сибири.

Антон остался с ней, и Маша уже в какой раз порадовалась, что выбрала в спутники именно его – Митиного камердинера. Он был неизменно спокоен, рассудителен, терпеливо, не в пример Михайле, сносил все тяготы их долгого пути, и, самое главное, Маша была уверена, что этот сильный и добрый человек искренне предан ей и не задумываясь придет на помощь в любое время дня и ночи.

Узнав о недоразумении, произошедшем не по их вине, Антон расстроился, но всячески старался успокоить свою молодую хозяйку, доказывая, что барин обрадуется ей даже больше, чем той, которую он склонен до сих пор считать своей невестой."

"– Вот увидите сами, Мария Александровна, как он вам рад будет. И сразу поймет, для чего вы пожаловали. Вы же обещали спасти его от каторги.