Вне клана

Лезвие было в крови, кровь натекла и на рукоять, которая теперь неприятно скользила в пальцах. Быстрыми движениями вытерев рукоять о шерсть волка, я вновь взялся за нее и занес лезвие. Пока волк мог двигаться, удары получались бесполезными, скользили по жесткой густой шерсти, защищавшей его не хуже доспехов. Но сейчас волк лежал неподвижно, бить было легко.

Я ударил по волчьей шее. Память подсказала мне, что такой удар перерубил бы человека пополам. С волком получилось лишь немного разрубить хребет. Я ударил еще раз. И еще. И только после четвертого удара отрубленная голова покатилась по дороге."

"Отступив в сторону, я тяжело перевел дыхание. Сердце все еще бешено колотилось, энергия бурлила в жилах, но сражаться было больше не с кем.

Позади послышался какой-то звук. Я быстро обернулся и запоздало вспомнил о парне, чей меч забрал. Тот больше не лежал животом кверху в грязи. Теперь он сидел, баюкая свою, слегка пожеванную волком, руку, и смотрел на меня с…

С ненавистью?

Это было настолько неожиданно, что я даже встряхнул головой, чтобы сбросить наваждение. Но нет, на лице спасенного мною человека действительно читалась ненависть.

Глава 4

— Кто просил тебя лезть? — процедил незнакомец, потом смерил меня презрительным взглядом и добавил: — Деревенщина.

Честно сказать, я опешил. Отчего-то я полагал, что за спасение жизни спасителя благодарят. Зря, наверное, полагал.

— Варг мертв? — донесся до меня женский голос. Одна из девушек, недавно стучавших в ворота, быстро шла в нашу сторону, вторая семенила чуть поодаль.

— Мертв, — отозвался незнакомец и шагнул ко мне. — Меч отдай! — потребовал зло.

Я молча протянул ему оружие. Меч действительно был его, тут не поспоришь.

Сейчас я мог разглядеть незнакомца лучше, и с каждым мгновением у меня росли подозрения, что вмешательством я навлек на себя большие неприятности. Хотя причина злости спасенного оставалась непонятна.

Незнакомец был одет как человек богатый и знатный. Ткань, из которой пошили его одежду, выглядела даже дороже той, что пошла на платье даны Вересии. Да и сама одежда смотрелась богаче. Тончайшие кружева манжет — память подсказала, что везли эти кружева из-за моря, отчего цена утраивалась. Полы камзола, украшенные розовым жемчугом. Перстни с крупными драгоценными камнями. И, самое главное, цепь с сигной на шее. Я не знал, что именно означала эта сигна, но появилось смутное ощущение, что она давала своему владельцу большую власть.

— О, Пресветлая Хейма! — первая девушка, сероглазая фигуристая блондинка с короткой косой, сейчас изрядно растрепавшейся, остановилась, разглядывая голову волка. — Какой он огромный! Я думала, мне почудилось от страха, но нет. На самом деле он даже больше.