Где властвует любовь

Впрочем, благодаря его исключительному самообладанию никто не заметил даже намека на это и сейчас, хотя Колин подозревал, что его будущая жена проснется на следующее утро с солидным синяком на своем предплечье.

– Колин, – ахнула она, глядя на его пальцы, сжимавшие ее руку.

Но Колин не ослабил хватку. Он знал, что причиняет ей боль и что это не слишком хорошо с его стороны, но он дьявольски разозлился и просто не мог иначе. Либо он будет сжимать ее руку, либо выйдет из себя в присутствии пяти сотен их общих знакомых.

Учитывая все, вместе взятое, Колин полагал, что сделан правильный выбор.

Он готов убить ее! Как только он найдет способ вытащить ее из этого проклятого зала, он готов прикончить ее собственными руками. Они договорились, что леди Уистлдаун останется в прошлом и ни один из них не будет вмешиваться в ход событий. Этого не должно было случиться. Она напрашивается на беду. На катастрофу.

– Невероятно! – воскликнула Элоиза, поймав газетный листок, витавший в воздухе. – Просто потрясающе. Спорим, она вернулась, чтобы отметить ваше обручение.

– Как это мило с ее стороны, – процедил Колин.

Пенелопа ничего не сказала, только ужасно побледнела.

– О небеса!

Колин повернулся к сестре, увлеченно читавшей заметку."

"– Дайте-ка мне одну из этих бумажек, Бриджертон! – приказала леди Данбери, ткнув его тростью в ногу. – Полагаю, этот выпуск заслуживает внимания, раз уж она решила напечатать его в субботу.

Колин нагнулся и, подняв с пола два газетных листка, вручил один леди Данбери, а другой пробежал глазами, хотя и был уверен, что в точности знает, что там написано.

Нет ничего, что я презирала бы больше, чем привычку джентльменов снисходительно похлопывать дам но руке, приговаривая: «Женщина всегда вправе передумать», И поскольку я убеждена, что слова не должны расходиться с делом, я всегда старалась быть последовательной и честной в своих решениях и поступках.

Вот почему, любезный читатель, я нисколько не лукавила, когда писала о завершении своей деятельности 19 апреля. Однако в силу событий, от меня не зависящих (и вопреки моему желанию), я вынуждена взяться за перо еще один, последний раз.

Леди и джентльмены, позвольте заверить вас, что автор этих строк не леди Крессида Тумбли. Она не более чем ловкая самозванка, и мое сердце разобьется, если подобная особа присвоит себе мои многолетние труды.

«Светские новости от леди Уистлдаун», 21 апреля 1824 года– Это лучшее, что мне приходилось читать, – злорадно прошептала Элоиза. – Наверное, я очень плохая, но я никогда прежде не испытывала такой радости от разоблачения другого человека.

– Чушь! – отрезала леди Данбери. – Я уверена, что я не плохая, но я в полном восторге от этого.

Колин не проронил ни слова. Он уже не доверял своему голосу.