Власть Варяга

Работа очень сложная и ответственная и связана с ночными дежурствами. Этого ему оказалось вполне достаточно, и он больше ни о чем не спрашивал. Ладно, поговорили обо мне, отвели душу, хватит! — твердо произнесла Надежда. — Теперь что там вас интересует, спрашивайте! На ваш счет Строев мне тоже дал очень четкие инструкции, а с ним особенно не поспоришь. Найдет способ, чтобы к ногтю прижать.

— Хорошо, — легко согласился Чертанов. Вытащив фотографию Лады-Валентины, спросил: — Вам приходилось видеть эту девушку?

Едва взглянув на фотографию, Надежда понимающе протянула:

— Приходилось. Одно время мы с ней даже работали на пару.

— И кто были ваши клиенты?

Чертанов уловил мелькнувшую на ее лице тревогу. После некоторого колебания она все-таки заговорила:

— Это весьма уважаемые люди. Их частенько можно увидеть по телевидению. Но мне бы не хотелось называть их фамилии. Скажу так: среди них встречались и министры, и депутаты. — Слегка улыбнувшись, она добавила: — Так что косвенно мы тоже участвуем в политике.

— Она говорила, как ее зовут?

Девушка пожала плечами:

— Обычно девочки не задают друг другу подобных вопросов. У нас тоже есть свои неписаные правила. Как говорится, не лезь туда, куда тебя не просят. Представлялась она обычно Валей.

— Что вы о ней можете сказать?

— А чего о ней скажешь? — Надежда пожала плечами. — Молодая, красивая, видно, что образованна. Думаю, что клиентам с ней было интересно. Но у меня сразу сложилось такое мнение, что она пробудет с нами недолго. Мне приходилось знать таких девочек. Накопят себе на приданое, а потом исчезнут. Поэтому я не удивилась, когда она неожиданно пропала.

— А сутенеры разве не преследуют их за это?

Девушка задумалась.

— Сложный вопрос. У всех складывается по-разному. Хотя преследовать каждую и возвращать ее на Тверскую у них нет ни времени, ни такого количества людей. Но в принципе ее могли не отпустить. Потому что она пользовалась большим спросом у влиятельных людей.

— Понятно, — безрадостно протянул Чертанов.

Три разные девушки. Три непохожих судьбы. Право, здесь трудно быть судьей, тем более беспристрастным.

— А как вы считаете, у Резвана могли быть враги? — спросил Чертанов.

Вопрос неожиданно застал Надежду врасплох, она откинулась на спинку скамейки, выпустила в воздух тонкую струйку дыма, после чего уверенно ответила:

— Не думаю, что у него были какие-то серьезные враги. Он имел покровителей на самом высоком уровне, а с такими людьми вряд ли кто пожелал бы связываться. В сущности, Резван был человек не злой, мог, конечно, напустить шороху, кого-то отругать, накричать, но я не помню случая, чтобы он кого-то ударил. Разве только если очень разозлишь, — она пожала плечами. — Девочкам с ним было легко.