Старшая сестра его величества. Власть

Да, мне повезло, что Богиня выбрала вас, чтобы наблюдать за жизнью людей. Но по большому счету это не так уж и важно. Если бы не вы, то на трон сел бы ваш с Адреем сын на несколько месяцев позже.

Я кивнула, соглашаясь. Это было похоже на правду. Но все же, несмотря ни на что я была уверена, я ощутила что-то такое там, на площади...

— Кстати, — вдруг вскинулась я, — Великая мать тоже была там. Я видела ее...

— Этого не может быть, покачал головой мой свекор, — я точно знаю, что старуха прямо сейчас лежит при смерти в Ургороде. Вы были правы, ей осталось недолго. Мои шпионы сегодня утром доложили, что она при смерти.

Мне снова пришлось кивнуть. Но тем не менее я была уверена, там, на площади стояла именно она, Великая мать. А значит ей удалось поймать соглядатаев Третьего советника. Или она просто решила, что ждать больше нельзя и начала новую партию. Я закрыла глаза и снова увидела злую радость на лице моей бабушки. А потом и растерянность. Кажется, она и правда пришла, чтобы удовлетворить свою месть. Увидеть, как мой свекор уничтожит меня, когда окажется, что Богиня ушла навсегда.

Тем временем карета остановилась. Мы вернулись домой. Третий советник помог мне спуститься и самолично провел по лестнице до входа в дом. Дворецкий предупредительно распахнул дверь.

— Господин Первый советник, — встретил он нас, — к вам барон Пирр с сопровождающими... Они ждут вас в кабинете... И мне кажется, — он сверкнул глазами в мою сторону, — это по поводу маленькой герцоги Форент... С ними пришла женщина.

Сердце гулко бухнуло... Делегация немного задержалась, и известие об их приезде пришло нам только вчера. Но в суматохе покушения на короля и его семью, все забыли про эту новость. Даже я...

— Простите, ваша светлость, — слегка склонил голову Третий советник, я вынужден вас покинуть. Дела, — развел он руками.

Я кивнула. Сделала шаг вперед. Сейчас все должно было проясниться. Эта женщина... Я нисколько не сомневалась, что ее привели для того, чтобы она посмотрела на будущую невесту принца. И если выяснится, что вместо двенадцатилетней Анни под одеждами прячется семнадцатилетняя Катрила...

— Господин Первый советник, — позвала я свекра, и когда он оглянулся, добавила, — я присоединюсь к вам сразу как переоденусь. Вы же не думали, что я позволю вам единолично решать вопросы, касающиеся моей дочери?

Осмотр прошел безупречно. Молчаливая абрегорианская женщина, которая оказалась супругой главы делегации, вернулась из покоев моей дочери так ничего и не заподозрив. Потом, когда я обдумывала эту ситуацию я поняла, что свою роль в этом сыграло чересчур закрытое воспитание девочек.