Вкус к жизни

– Этот благотворительный вечер направлен на поддержку запуска ракета-носителя на Марс? – невинно поинтересовалась я, окинув лоты беглым взглядом.

Астафьев оценил мою шутку, но комментировать не стал. Этот вечер для него был работой. Рутинной и довольно скучной работой. Я не настаивала на особом расположении к себе и решила насладиться процессом.

Глава 16

Некоторые из представленных экспонатов вполне заслуживали внимания и не были предназначены для эпатажа. На глаза попались не более шести позиций, представляющих художественную ценность, кое-что из коллекционных образцов ювелирных украшений, а также не вполне объяснимые, но наверняка нашумевшие личные вещи знаменитостей.

– Боже, кто в здравом уме расстанется с гитарой Джимми Хендрикса? – ужаснулась я, а Астафьев вызывающе хмыкнул:

– А ты идти не хотела, – заметил он и поцеловал мою ладонь, которую с хитрой ухмылкой поднёс к губам.

– Твоя работа? – догадалась я и сосредоточенно кивнула. – И сколько пришлось отстегнуть владельцу этой прелести, чтобы он согласился с ней распрощаться?

– Деньги, Юля, – это всего лишь бумага, – пожал плечами Астафьев, придавая себе большей важности. – Куда большую ценность имеет общественное мнение.

Я едва сдержалась, чтобы не поморщиться от сквозящего лицемерия.

– Я так понимаю, «общественное мнение» будет введено в уши нужных и полезных людей?

– Бизнес ведётся не в душных кабинетах, милая. Всё происходит куда более тривиально. Связи. Нужно поддерживать связи. А впрочем, кому я это объясняю? Подозреваю, что именно из-за связей твой телефон раскалён двадцать четыре часа в сутки. И зачем содержать целый штат сотрудников, если они без тебя не в состоянии даже чихнуть?

Я язвительно улыбнулась, не желая включаться в очередной спор, в результате которого мне будет указано на бесконечное множество ошибок. Начиная от субординации и заканчивая скидками на услуги, которые, в моём конкретном случае, по мнению Астафьева, лишь обесценивают адский труд. Объяснять, что плотный график, забитый встречами, переговорами, консультациями, заполняет давнюю пустоту внутри – не хотелось. Изгаляться, пытаясь доказать свою правоту – тем более!

Досаду удалось заглушить парой глотков шампанского, на качестве которого организаторы решили не экономить. Я бегло осмотрела зал. Аукцион меня не интересовал совершенно. Всё это великолепие не шло ни в какое сравнение с шедеврами, к которым удалось прикоснуться несколько дней назад в музее. Всё больше внимания уходило на наблюдение за официантами, на оценку вышколенной обслуги и на скорость решения внезапно возникших проблем."

"Почувствовать себя своей в этом, без сомнения, высшем обществе, даже с ладонью Астафьева на талии, не выходило.