Презумпция виновности

– Если сядем в промерзшую «Волгу», – поторопил обоих сыщиков советник, – то успеем. Успеем же, майор?

Сидельников и Желябин промолчали, хотя сказать о том, что идея выйти из машины и обдумать ситуацию на свежем воздухе принадлежала именно Кряжину, очень хотелось.

В «Мерседесе» до того момента, когда его на выезде остановил полноватый гаишник с погонами старшего лейтенанта на синей форменной куртке со светоотражающими полосами, находилось трое человек. Они молча наблюдали через слегка тонированные стекла, как офицер медленно потрошит водительское портмоне водителя, и всякий раз, когда их взгляды встречались со взглядом милиционера, отводили глаза в сторону. Не отличался особой словоохотливостью и водитель. «Да», – отвечал он на вопрос, застрахована ли машина. «Нет», – когда был вопрос о наличии в багажнике предметов, запрещенных к перевозке.

Старший лейтенант давно обратил внимание и на цвет авто, и на никелированную антенну, и на то, что на месте недавно присутствовавших на кузове молдингов остались лишь две полосы клея. Щеток на фарах тоже не было, однако потеки замерзшей воды, расположенные на стекле в виде правильных полуокружностей, свидетельствовали о том, что щетки были и пользовались ими совсем недавно. Вполне возможно, что даже сегодня ночью. Зимой промывать фары нет необходимости – из-под колес встречных и попутных колес не вылетает ни пыль, ни грязь. Однако, если «Мерседес» стоял не на уличной стоянке, а в гараже, то за ночь с него стекла вода, которая по вполне понятным причинам чистой быть не могла, залила фары и высохла. Утром водитель сплоховал – увидев грязь на стекле, мешающую светить фарам ярко, он по привычке промыл их автоматическими щетками. А потом, когда пришла в голову идея избавить автомобиль от особых примет, щетки снял, а вот протереть осветители тряпкой не додумался. Так и остались на стекле две окружности, прямо указывающие на то, что совсем недавно здесь стояли щетки.

Молдинги тоже, видимо, отрывались в дикой спешке. Клей не успел покрыться грязью, пропитаться ею и окаменеть, что обязательно произошло бы, если бы молдинги удалялись давно. Было еще нечто, что указывало на поспешность и подозрительность таких действий. Оттереть клей после удаления тюнинга – дело получаса. И кто поедет на двухгодовалом красавце «300-м», не стерев с дверей кузова эти отвратительные лохмотья клея?

Словом, налицо было все, что должно было заставить опытного и внимательного инспектора ГИБДД начать делать выводы.

Номер, конечно, был. Е 199 АР. И регион обозначался – 97, это говорило о том, что данный номер выдан ГИБДД из своего резервного фонда. Это не криминал, это так, лишняя галочка в блокнотик памяти старлея – из какого региона машина, тоже не поймешь.