Виноваты звёзды 2

Остановил кровь. Вызвал напарника и распорядился, чтобы для него прямо в палате поставили раскладушку. Пока стоит на ногах, он будет работать. А лечение всё равно в большинстве случаев бесполезно…

Первые симптомы появились через пять дней. Высокая температура и боль в горле. Дальше — больше. Типичные клинические проявления во всей своей красе. Нарастающая слабость, нарушения в работе кишечника, печени и почек. Через восемь дней Ден не смог встать с постели, через десять его уже в бессознательном состоянии с сепсисом и нарастающей полиорганной недостаточностью перевели в реанимацию.

Разум то уплывал, то возвращался. Денис видел и слышал, что вокруг него происходит, но как будто через густой туман или толстый слой ваты. Наблюдал за коллегами, суетящимися возле кровати, видел показания функционального монитора с неуклонно снижающимися цифрами артериального давления. И абсолютно трезво понимал, что умирает. Бороться за жизнь не было ни сил, ни желания. В этом мире его больше никто не любит и не ждёт. Родители не в счёт.

Внезапно стало очень легко. Как будто весь груз, который он вёз на себе куда-то испарился. Душу заполнило ощущение спокойствия и умиротворения. Как бы со стороны он увидел врачей, колдующих у его постели. Кто-то подключал дефибриллятор, кто-то уже проводил сердечно-лёгочной реанимацию. Хотелось крикнуть: "Ребята, не надо, тут так хорошо!", но Ден точно знал, что его не услышат. Он медленно поднимался куда-то вверх сквозь густую светящуюся дымку и осматривался вокруг. Сияющее облако ковром стелилось под ноги. Денис сделал несколько шагов вперёд и вдруг заметил её. Марьяна в длинном белом платье с мягкой улыбкой сидела на островке тумана и смотрела куда-то вдаль. Он подошёл ближе, не веря глазам: — Почему ты здесь? — удивлённо спросил не своим голосом.

— Так получилось. Прости, — пожала плечами она, — Знаешь, а у тебя сын родился… Он сейчас там, внизу… Надеюсь, с ним всё будет хорошо. Иди и ты к нему. Кто-то из нас должен остаться… Ты сильный. Сильнее меня. Ты сможешь…

— А мне ещё кровь не привезли… — виновато подняла глаза девушка.

— Я не хочу один… Зачем мне туда, где тебя нет?

— Ты нужен своему ребенку. И только ты сможешь вытащить нас всех из этого ужасного тумана… Иди же… — она встала, подошла вплотную и с силой толкнула его. На подоле белого платья растекалось огромное красное пятно.

Тело прошил удар током. В то же мгновение светящаяся дымка рассеялась.

— Это что же ты, Орлов, такое творишь? — над ухом звучал напряжённый голос реаниматолога, — Сбежать от меня удумал? А вот хрен тебе! Не отпущу. Запомни! Двадцать третье декабря две тысячи шестнадцатого года. Одиннадцать тридцать три. Твой второй день рождения. Там сегодня новую экспериментальную сыворотку привезли.