Викинг

Дикон вздохнул, покосился на земляка… и выдал:

— Мы, это, Ульф, если ты не против, будем тебе служить!

— «Мы» — это кто? — поинтересовался я.

— Ну мы, нас только трое осталось… — Йоркширец вздохнул. — Которых ты освободил. Я да Уилл, да Юсуф Черный.

Вот как! Англичане-то в свою компанию сарацина приняли! Удивил.

И насчет «только трое» — тоже правда. Остальных Хрёрек на кнорр Ове Толстого определил (с кнорром и утонули), а этих — на наш драккар.

— Вообще-то не я вас освободил, а ярл наш, уточнил я. — И вы все ему верность обещали.

— Ну да, так и есть, — не стал возражать Дикон. — Так мы же и не отказывается. Или ты хочешь от Хрёрека-ярла уйти?

— Да нет пока. Потому и не вижу смысла в вашей отдельной службе лично мне.

— Значит, не возьмешь? — Дикон явно загрустил.

Вот так. Кто там сказал, что мы в ответе за тех, кого… хм, приручили. Даже если «прирученные» — здоровенные мужики на полголовы выше «приручителя».

— Я не сказал «нет», — успокоил я Йорширца. — Я подумаю. Со старшими посоветуюсь.

— Ну да, понятно… — Англичанин сразу повеселел. — Посоветоваться, это надо. Только ты теперь знай: если что — так мы всегда за тебя.

— У меня в нашем хирде врагов нет! — Я подпустил в голос суровости.

Что еще за темы такие… Деструктивные.

— Так я не про наш хирд. — Дикон, похоже, удивился. — Если ты дело какое, свое, затеешь… Ты… Ну как бы ты — голос наш…

«Стоп!» — сказал я себе. Человек со всей душой, это же видно. И тема понятна. В дружине у нас, типа, монархическая демократия. В процессе обсуждения ярл слушает всех. И вес у каждого — разный. Получается, что мой теперь будет усилен еще тремя голосами. Если соглашусь.

Только мне оно надо?

Защита? Меня и так, если что, весь наш хирд оборонять будет. Включая ярла. А я — их. И англичан с сарацином — в том числе.

— Я тебе завтра отвечу, Дикон, — твердо произнес я. — Иди пока.

— Чего он хотел? — спросил Медвежонок, прислушивавшийся к нашей беседе, но хорошо, если понявший дюжину слов, потому как в английском был не силен.

— Говорит: хочет моим человеком стать, — сообщил я. — Он, его земляк и Юсуф.

— Юсуф — это хорошо, — серьезно сказал Свартхёвди. — Юсуф — воин. И с железом умел и с луком. А что он трэлем был, так не по рождению же. По крови Юсуф — сын ярла. Сам знаешь, как бывает. Повздорил его отец с тамошним конунгом, а уйти не успел. Удачи не хватило. Весь род вырезали. А Юсуфу самую худшую участь назначили — рабскую. Да только его удача переселила. Юсуф — это очень хорошо. Но Дикон с Виллом — неплохи. Из лука лучше меня бьют, а это дело нужное. В строю да в схватке они — так, не очень. Вроде Скиди нашего.

Парень тут же вскинулся гордо, щеки надул… Но тут же взял чувства под контроль и сдулся. Молодец! Понимает, что не ему со Свартхёвди спорить.