Викинг

Ручеек стал полноводнее. И обрел неприятный запашок канализации. Хорошо это или плохо? Оказалось — хорошо. В стенах — ниши, в нишах — косточки. И надписи. Корявыми латинскими буквами. Кладбище. Большая наглая крыса проводила нас взглядом. Значит здесь не только античные покойники, есть и свежачок. Я знаю людей: они не станут таскать трупы за тридевять земель. Значит, где-то поблизости — выход. Теперь нюхать и следить за огнем.

Уровень воды поднялся до уровня щиколоток. Эдак мы прямо до Сены дойдем…

Не дошли. Снова ступени. Сверху струится вода. И дверь, которая, к счастью, оказалась не запертой.

Снаружи — ночь. И дождь.

В шаге от выхода, в большой луже, слабо ворочался какой-то парижанин в отрепьях. Надо полагать, пьяный. Где-то впереди мелькали факелы и громко скрипели сходни, а прямо по курсу гостеприимно светилась дверь трактира.

— Я знаю, где мы! — радостно воскликнул Вихорек.

Я тоже знал. Гревская пристань.

До дома Жофруа де Мота мы добрались где-то через час, по пути раза три уклонившись от королевской стражи и один раз больно обидев шайку грабителей, возомнивших себя охотниками за удачей. У двоих удача иссякла навсегда, остальные разбежались, а на моем «мундирчики» к заскорузлым пятнам крови прибавились свежие.

А вот и вожделенная дверь.

Не знаю, что сказали люди короля моему «дворецкому», но увидав меня, он искренне удивился. Но дверь-то открыл без вопросов. И, главное, — в доме не было засады.

Хотя с чего бы ей тут быть, если «фальшивый» владелец по официальным данным находится в тюряге?

Горячая вода — это просто песня! Особенно если корыто — большое, а ты в нем — не один. К сожалению песня эта — лебединая, потому что времени было — в обрез.

Забрали меня, считай, в одних подштанниках. Но конфискацией имущества пока не заморачивались. Или здесь это вообще не принято? Тем более, что оно — не мое, а де Мота…

Так или иначе, но броня, оружие и одежка были в полном порядке. И денежки в импровизированном тайничке — тоже. Отлично!

Щит в чехол, плащ на плечи — и славный герб де Мотов больше не бросается в глаза.

Теперь общий сбор домочадцев.

— Завтра утром вы должны покинуть Париж! — распорядился я через «переводчика», дабы не огорчать преданных слуг гибелью настоящего хозяина.

— Вот деньги на расходы (кошелек в лапку «дворецкого»), нанимайте, кого посчитаете нужным. Забрать моего второго коня, собак и ловчую птицу. Самое ценное из дома тоже забрать и вывезти.

— Зачем всё это, мой господин? — поинтересовался старик.

— Затем, что король с войском покидает Париж, — раскрыл я общеизвестную военную тайну.

— Не «но», а город падет. Надеешься на милосердие норманов? — Я усмехнулся, но заметив, как побледнело личико Ивет, шепнул на ухо Вихорьку: — Если завтра утром уедете, успеете.