Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Граф Лукас, седой и очень высокий, выше Валентина, и его пышногрудая седая супруга явились в алисианском трауре. Прочие дамы тоже скорбели, но не столь внушительно, а вот мальчиков одели в фамильные цвета. Граф Васспард издали напоминал цаплю, граф Гирке – полиловевшего цыпленка, но оба были несомненными «спрутами».

На границе великолепного холтийского ковра родственники остановились. Женщины сделали полные придворные реверансы, старик и мальчишки поклонились."

"– Добрый день, господа, – если молодого герцога и тянуло встать, он этого не показал. – Рад видеть вас всех в добром здравии. Вы, вероятно, уже знаете, что Васспарду оказали честь своим визитом графиня Савиньяк и капитан Савиньяк, виконт Сэ.

Арно поднялся, отвесил полупоклон и снова сел; Малыш явно чувствовал себя неуютно, но Арлетта прошла школу Алисы. Женщина, как могла царственно, наклонила голову, пытаясь разглядеть пока слишком далекие физиономии.

– Граф Альт-Гирке-ур-Приддхен, – не унимался Валентин, – прошу вас разделить со мной заботу о нашей гостье. Граф Васспард, вы с братом составите компанию капитану Савиньяку. Остальных прошу занять места, которые для вас за последний год стали привычными.

«Спруты» послушно перестроились, внезапно наполнившие зал слуги задвигали стульями, в другом доме обязательно бы зазвенела упавшая ложечка, но в Васспарде столовые приборы были воспитаны не хуже тех, кто с их помощью кушал. Хозяин, позволив остаткам некогда многочисленного семейства рассесться, заговорил о начавшемся снегопаде, Арно, на удивленье непринужденно поддержав беседу, принялся расписывать торские вьюги. Обитатели Васспарда выглядели заметно скованней.

Кажется, графу Альт-Гирке досталось не то место, на которое он рассчитывал. Кажется, графини Альт-Гирке между собой не слишком ладили, кажется, мальчики со взрослыми за одним столом сидели редко, если вообще сидели. Одиннадцать человек, считая хозяина с гостями, и такой огромный стол… Как тут не задуматься о бренности бытия, особенно с учетом висящего над головой спрута, однако светская беседа упорно барахталась в снегах.

К первой перемене Арлетта знала о местных буранах все, вплоть до написанных бабушкой Валентина ронделей. Очень, между прочим, недурных, Кара со своим Капоттой оценили бы; сама же Арлетта оценивала закуски и сотрапезников. Первые были хороши, но пресноваты, вторые вдохновляли на притчу об уклейках, столь безупречных, что ими побрезговал окунь.

Внесли горячее, что позволило заговорить о разнице между северной и южной кухнями, затем от телятины по-королевски свернули ко всяческой дичи. Граф Лукас, несмотря на более чем почтенный возраст, оставался заядлым охотником, причем добычу он предпочитал истреблять на торский лад, то есть самостоятельно.