Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Теперь спаситель вернулся на свое место, и ожившие распорядители согласно стукнули своими палками, предваряя выход ее высочества, которая и затараторила Веннена, как ни странно, почти к месту. Ожили и верхние галереи – булькнула, словно пробивая затор, и потекла очередная мелодия, закружились и поплыли вниз блестки – вечером слугам придется много мести.

– Слава Создателю, все более или менее уладилось, – вернувшаяся Георгия дважды стукнула по ручке кресла волшебным веером. – Мама мной бы гордилась. Никогда не следует ограничиваться одной вазой, ведь она может разбиться.

– О чем ты и что с Гизеллой?

– Мэтр Лизоб уже должен быть у нее, но вряд ли там что-то серьезное, – герцогиня слегка приоткрыла веер, и из-за ширмы высыпали отряхнувшиеся снежинки. Кажется, их стало меньше, но пересчитать кружащихся девиц Арлетте в голову не пришло, да и смысла в этом было бы немного. Музыка менялась, танец оставался прежним, хотя какое разнообразие у снегопада? Девушки в белом старательно топтали блестки и бумажечки, словно те воплощали недавнюю неприятность. Графиня усмехнулась нелепой мысли и зачем-то тронула скрученное в трубку либретто, но Георгии опять поняла по-своему.

– Не волнуйся, – успокоила она, – сюжет не изменится, я предусмотрела почти все, хотя с виновницей этой… выходки придется что-то решать. Я не могу позволить себе несправедливость, а доказать умысел бессилен даже твой мэтр.

– Он не мой, – привычно уточнила Арлетта, – но не все так безнадежно. Думаю, ты успешно решишь и эту загадку.

– Ты не поняла, загадку я решила, там и решать-то нечего. Беда в том, что нет и не может быть улик. Споткнуться, сбить с ног соперницу и сказать, что все вышло случайно, что может быть проще?

6Свобода восхитительна, но не тогда, когда является следствием пренебрежения. Дамы Ноймаринен наследником Валмонов откровенно пренебрегли, тем самым даровав полное право сбежать с возобновившегося представления. Прежний Валме не преминул бы этим воспользоваться, но он сгинул где-то на полпути между Фельпом и Олларией. Валме нынешний, будучи офицером при особе, полагал своей обязанностью досматривать безобразия до конца, кроме того, невозвращение к Франческе могло повредить репутации навязчивого кавалера. Как и брошенный пренебрежительницам в лицо полный горечи и злости стих, который еще требовалось написать. И это не считая того, что оскорбленным поэтам положено портить чужие праздники, а сегодняшняя затея испортила себя сама.

– Это вышло прескверно, – задумчиво пробормотал виконт, – для множества лиц,

Потому что неверно подбирали волчиц…

Будь рядом Котик, он бы вдохновил на что-нибудь более совершенное, но волкодав отсутствовал, и Валме счел себя одиноким и затерянным в пустых сумрачных комнатах.