Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Регент добьется того, чего хочет, а хочет он, чтобы в Талиге слабые могли не опасаться за свои жизни и свои дома.

Ради этого погиб названный Куртом, были готовы умереть Герард и генерал фок Дахе, а Селина заключила договор с именуемым Папенькой, значит, и Мелхен должна делать все, что в ее силах. Во Франциск-Вельде она обмывала раненых и помогла зарядить пистолет смелому Бертольду, в Аконе рассказала регенту все, что знала, а завтра после захода солнца встанет к жаровне. Будут ли полезны ее слова и натертые специями ноги множества гусей, гоганни не знала, но надеялась на лучшее. Хайнрих договорится с регентом и сделает, что нужно Талигу, иначе просто не может быть, ведь Монсеньор монсеньоров отмечен дланью Кабиоховой и дружбой первородного Ли, он умен и знает, что сказать. Это регент вернул радость брату полковника Придда и успокоил первородного Робера. Сердце друга больше не истекает кровью, и в нем рано или поздно прорастет любовь, но цветы можно поторопить. Суета закончится, когда чужой король покинет Акону, а зимы на севере тянутся долго. Нареченный Робером обещал приходить, и он сдержит слово. Подруга захочет услышать о ее величестве, они с первородным будут говорить, они станут друг другу нужны…

Сэль горда и при этом излишне честна, она не хочет лишь брать и потому отвергает любовь неведомого Руппи, но повелевающий Молниями сейчас не любит никого. Он красив и не похож на регента, а рассказы о южном замке, в котором спит сын ее величества, тронут сердце подруги. Став женой герцога Эпинэ, она не только исполнит данную Папеньке клятву, она защитит ребенка той, кого не перестает оплакивать.

Стук в дверь был негромок и незнаком, но кого бояться в доме, где много солдат? Если же пришел Папенька или кто-то подобный ему, ничтожная не назовет гостя по имени и тот не сможет войти. Она даже выслушает и ответит, но через порог.

Девушка набросила шаль, словно заручаясь защитой приславшего ее, и подошла к двери.

– Кто здесь? – спросила она. – Кому нужна ни… ночью Мелхен?

– Тому, кто просил у нареченной Мэллит треть ее ночей и шестую часть сердца.

Кажется, она вскрикнула, а слезы полились сами, и они были горячи, ведь пепел вновь стал огнем.

– Мэллит позволит мне переступить порог?

– Ничтожная счастлива…

Она отступила в глубь комнаты, позволяя войти тому, кого так ждала, и он вошел.

– Зима запирает окна, но не отбирает у них свет. Прекрасная Мэллит жжет ночами свечи?

Он не дотронется до нее первым, он обещал, и он исполняет, он всегда исполняет!

– Мелхен ждет первородного.

Это уже было, и это вернулось – сукно мундира под ладонями, взлет, черные звезды в мужских глазах. Проэмперадор вернулся, но в городе об этом не говорят, значит…

– Первородный Ли вернулся лишь сегодня?

– Первородный Ли еще возвращается.