Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Слуги знали. Похожий, самое малое, на барона седовласый господин в траурной ливрее сообщил, что господин граф уже около часа как покинули кабинет. Нет, плаща и зимних сапог не надевали. Да, к ним приходили. Камердинер Питера-Иммануила передал записку от больного господина.

– Как трогательно, – в груди у Арлетты что-то кольнуло, но женщина заставила себя улыбнуться. – Видимо, ваш супруг не может оставить больного ребенка. Будет лучше, если вы вернетесь к себе, а я, с вашего разрешения, навещу Питера, возможно, ему в самом деле лучше повременить с отъездом.

Глава 12

Васспард

1 год К. Вт. 3-й день Зимних Волн

1Тренировка не заладилась с самого начала. Нет, они с Валентином работали на совесть и, пожалуй, сделали пару шажков к совершенству, имя коему Ульрих-Бертольд, но обычной радости это не принесло. Арно никак не мог отделаться от непонятной давящей тревоги. По физиономии Валентина что-то понять было трудно, но виконт успел привыкнуть к дружеским полушуткам друга, а сегодня Придд если и разжимал губы, то исключительно по делу. Арно столь же кратко отвечал, стараясь сосредоточиться на ударах, а беспокойство росло, и к концу занятия вымахало, самое малое, с Бабочку. Пригасить его какой-нибудь сторонней ерундой, вроде изысканий Кроунера, виконт не решался, чего доброго, станет еще хуже, разве что про книги для короля напомнить? С такими приключениями запросто забудешь, а выйдет некрасиво. И ведь не объяснить, из-за чего запамятовали. Питер – это тебе не Дурзье, которого только и остается, что прикончить. Братец Валентина может… должен выправиться, а с репутацией пусть и маленького, но убийцы, это куда труднее.

– Арно!

– Ау?

– Книги Карлу я подобрал, хочешь посмотреть?

– Меньше, чем вчера.

– Ничего, я через пару дней привыкну к мысли о… возвращении Габриэлы, а ты, – Валентин обтер разгоряченное лицо снегом, – еще раз привыкнешь ко мне.

– Да я вроде и не отвыкал. Мать говорит, ты догадался про ментора, как он умер. Не хочешь отвечать, турни меня к Леворукому.

– Какому именно?

– Настоящему, кошачьему! Еще и Ли я сегодня не вынесу.

– А я бы вынес. Именно сегодня и с огромным облегчением. Неприятная погода.

– Да уж…

Для оттепели не хватало тепла, для мороза – солнца и синевы. Тучи, снеговые, свинцово-серые, валили табуном, того гляди задавят. Серые стены, серые снега, серые мосты, только деревья черные и растрепанные. Пусто, тихо, будто и не день, будто тебя занесло в какую-то зачарованную дурь, где вроде что-то есть и при этом нет ничего. И в этой пустоте ворочается нечто, которому очень нужно тебя сожрать… Не от голода, а чтобы тебя вовсе не было. Нигде.

– Пойдем, что ли, ораву напоследок покормим.

– Пойдем, если хочешь.