Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

 – Материнский голос – и тот кажется незнакомым. – Видимо, Питер-Иммануил снял его с пальца графини Альт-Гирке, когда та потеряла сознание в церкви. Кольцо было ей велико, так что труда это не составило.

– Не могу не согласиться, – Валентин протягивает руку, и Арно бросает в нее смерть бедняги ментора. – Спасибо.

– Ты уже… благодарил!

– Я упустил это из вида, – длинные пальцы сжимают оправу, и камень отходит, так трескаются созревшие каштаны, висят на ветке и трескаются. – Еще одного человека убить вполне можно.

– Питер, – Клаус шагает вперед, смотрит на братьев, на кольцо, снова на братьев, – ты что, с ума сошел?!

– Графу Гирке нравится Васспард, – Валентин аккуратно кладет кольцо на стол, и оно закрывается. Само по себе, будто ракушка. – Если бы я выпил шоколад, герцогом на некоторое время стал бы ты.

– Я не хочу… Я хочу стать военным… Питер, ты что, в самом деле?!

– Да, он в самом деле, но это не повод откладывать отъезд и бросать очередную тень на репутацию нашей семьи. Клаус, вы должны дать слово хранить сегодняшнее происшествие в тайне.

– Клянусь Создателем.

– Граф Гирке, теперь вы.

– Я не дам слова, пока не отойдет виконт Сэ, – задирает подбородок Питер, – вырванная клятва не имеет силы.

– Имеет, но не в вашем случае. Арно, отойди.

Пистолета у паршивца нет, а с голыми руками он ничего не натворит, не должен натворить. Усмехнуться, отшагнуть вбок, если что, одно движение, и ты рядом.

– Виконт Сэ, я не упрекаю вас. Вы – орудие в руках герцога Придда, но вы, граф Васспард? Вы оказались недостойны своей крови, моей дружбы и моих надежд… Нет, я не сожалею о сделанном, мои намеренья были достойны, я сожалею лишь о том, что судил о вас по своим чаяньям, что не видел очевидного. Вы не мой брат, вы брат герцога Придда, так будьте же прокляты!

Леворукий, ну и чушь! Злая, выспренняя, нелепая и отчего-то знакомая. Понси? Барботта? Вроде нет, да и не держат в Васспарде такого.

– Валентин, – материнский голос словно бы паутину разрывает, – вам не кажется, что граф Гирке слишком мал, чтобы браться переводить Лахузу?

Точно! Это же «Тень чудовища», только васспардское чудовище не успело вырасти."

"– Да, я начинаю понимать, что взрослые, отбирая у детей некоторые книги, не так уж неправы. Кроунер!

– Господин бригадир?

– Проводите графа Гирке в классную и побудьте с ним, вас скоро сменят.

Средний брат молча смотрит на старшего, младший стоит, скрестив руки на груди и выставив вперед толстенькую ножку. Как Ринальди Ракан на гравюре из «Горестной истории благородной и добродетельной Беатрисы Борраска».

– Никто из вас не коснется меня. Бедный Васспард, бедные наши предки… Идемте, я не желаю вас видеть. Никого.