Ветер с севера

Если комнату в общежитии, разгороженную большим шкафом на "спальню-гостиную" и "кухню-прихожую", вообще можно было назвать домом. Когда они бывали здесь вдвоём, Вадим всё делал сам. Готовил, стелил, убирал.

Они когда-то давно учились с ней в одном классе. Маша и замужем успела побывать за их же общим одноклассником Димой Федоровым, и дочь ему родить. Этих ребят Вадим почти и не помнил. Он же учился в Североморске только до пятого класса. И не узнал бы Машу, если бы она не узнала его.

Их отношения не были похожи на семейные. Просто два одиноких человека грелись друг об друга. Возможно, это можно было даже как-то оформить, чтобы дать Маше защиту.

Ветров поставил на плиту кофе. Достал хлеб, сыр. За шкафом раздался шелест одеяла. Через пару минут появилась Маша. Одетая. — Вадим, я уеду. В ближайшие дни. Совсем. И Иришку заберу. — Куда ты собралась? — Я к Диме поеду. В Мурманск. Он меня ждёт. — Маш, ты уверена, что этого хочешь? — Я его всё ещё люблю, Вадик. И никогда никого кроме Димки не любила. Я это сегодня поняла. Очень ясно. Вот только что. Ты простишь меня? — Мне тебя не за что прощать. Позавтракаешь? Маша отрицательно помотала головой. — Нет, Вадик. Пойду. Надо позвонить ему. И вещи собрать. Маша быстро обулась, закуталась в объёмный платок и пуховик, и выскочила за дверь.

Вадим остался в пустой комнате. Опрокинул чашку кофе. Щёлкнул пультом телевизора.

На канале "Культура" шла программа, посвящённая Грибоедову. Из череды слов Вадим выхватил фразу: " Грибоедов увидел пятнадцатилетнюю Нино Чавчавадзе и был покорен…"

Будто в мозгу выключатель сработал. В памяти всплыли огромные серые испуганные глаза Кати Кузьминой. Дыхание зачастило. Ветров подумал, что утро этого дня не только для Маши стало переломным.

Все эти месяцы мысли о Кате не покидали его. Он гнал их очень старательно. Забивал логическим рассуждениями и доводами. Все они были не в пользу их возможных отношений. Хорошо, что Кате Кузьминой точно уже не пятнадцать.

Конечно, он не Грибоедов. Что капитан третьего ранга может дать вчерашней школьнице? Ответ пришёл сразу. Простой. Оправдывающий всё. Разницу в возрасте и привычках.

Любовь. Он может ей дать любовь. А вот примет ли она его чувства? Что ж. Для того, чтобы это выяснить, нужно её увидеть. И тогда всё встанет на свои места. Реальность или иллюзорность его любви. И возможность взаимности.

Дарье Андреевне невпервой было испытывать эти чувства. Пять лет назад она выпустила класс. И вот снова Последний звонок. И она ведёт строем свой, доставшийся в наследство от Ольги Владимировны Склодовской-Кузьминой, одиннадцатый "А" класс.

Глядишь, через год-другой Лёля вернётся к работе. Сонечке уже год, Игорю пять.

А Катерина — вон она. С белыми огромными бантами. Рядом, как верный паж, Миша Вербицкий.