Ветер над островами

Как же так — торговля есть, а рабов не видно?

Когда я эту беседу завел, мы с Верой ехали в двуколке от Бороды, куда заезжали рассчитаться за поставленное вино. Двуколкой, разобрав вожжи, управлял сейчас я, а Вера выступала в роли инструктора по вождению. Тоже ведь незнакомое для меня искусство, так сказать, учиться надо.

— А чего непонятного? — удивилась она моему вопросу. — Людей мало, земли и работы много. А в племенах люди пропадают, считай, в дикости живут и друг друга режут. Вот и выкупают их, а потом увозят как можно дальше от тех мест, где они раньше жили. Даже сами бегут из племен иногда, кому там жить невмоготу.

— Подожди… так если ты покупаешь где-то людей, то их что, у тебя Церковь выкупает? — уточнил я, удивившись.

— Ну да, — кивнула Вера. — Вожжи совсем не отпускай, подтяни немного.

— Хорошо, — кивнул я. — И что, из негров можно сразу сделать нормальных людей? В смысле тех, кто привык уже по другим законам жить?

— Нет, нельзя обычно! — аж замахала она руками. — Если только к старости многие совсем в новую жизнь вживаются. Они так, вроде как кандидаты в нормальные люди. Им и оружие продавать нельзя, а если по работе надо, так покупает работодатель и под свою ответственность выдает, ни голосовать они не могут, ни в ополчение входить.

— А смысл в чем? — уточнил я. — В их детях?

— Точно, — обрадовалась она, что я сообразил наконец. — Детей у них забирают почти сразу, с трех лет. Не насильно — могут и себе оставить, но тогда…

Вера затруднилась с подбором слов, и я предположил за нее:

— Им тогда ничего не светит в будущем?

— Точно! — повторила она. — Они тогда тоже будут жить в негритянском квартале, знать разве что грамоту и счет, и работать смогут… конюхами там или канавы копать, как родители. А если ребенка забирают в церковный интернат, то он получает образование и все прочее. Наш преподобный Савва из таких детей, например. Жена Ионы, полковника, тоже. Много таких. Церковная охрана из таких и вовсе полностью.

— Поэтому и негры для детей…

— Не все, сам понимаешь, — покачала головой Вера, предугадав, что я собирался сказать, — они разные бывают. Дураков среди них даже больше, чем нормальных людей. А как напиваются, так…

— И чем заканчивается?

— Каторгой обычно, чем же еще! — пожала она плечами. — То зарежет кто-то кого-то, то, бывает, жену так побьет, что доктора еле отходят. Они ведь прямо из племен, тут для них все другое. Но есть и нормальные.

— В смысле? — не поняла она вопроса.

— Ну у турок и франков?

— У франков похоже, а турки рабов держат по-настоящему, к ним лучше не попадаться, — ответила Вера. — Поэтому и стычки с ними часты — они рабов с христианской территории вывозят, а это у нас за набег считается.

Вот как. Разумный путь вообще-то.