Пропавшие без вести

Там в красном зареве, в туче багрового дыма метались бледные прожекторные лучи, рвались зенитные снаряды, едва заметными искрами в небе обозначались пулеметные трассы, и еще раз за разом — там или нет? — грохотали тяжелые авиабомбы, мигали вспышками взрывы.

Рокотов и Ивакин наблюдали пожар с опушки. Их свита сгруппировалась чуть в стороне, предоставив им разговаривать с глазу на глаз.

Рокотов еще пытался настаивать на совместном выезде по приказу фронта, однако Ивакин не сдавался.

— Но это же нарушение дисциплины! — убеждал Рокотов. — Где это слыхано!

— Доедешь и там все объяснишь. Я понимаю, что будет буча! Когда на смену другого пришлют, я поеду вслед за тобой. Не пришлют — не уеду. Я коммунист! — настаивал Ивакин.

— А я?! Обыватель, чинуша, да?! — с обидой воскликнул Рокотов.

— Другое дело: тебе приказали Ермишину сдать. А я — кому? Приедет смена — уеду! — повторил Ивакин с упорством. — Ты видишь, что тут творится! Нельзя же здесь все оставить на новых людей. Неделю назад я уехал бы, три дня назад — тоже, может быть даже вчера… А сегодня — не та обстановка! Мне самому тяжело нарушить приказ. Если бы одного меня отзывали, я бы не смел ослушаться, но вместе — тебя и меня…

— Это же недоверие к тем, кого оставляют на нашем месте — воскликнул Рокотов.

— Ерунда! Я своей роли не преувеличиваю. Ермишин прекрасно справится. А с ним Балашов, Острогоров. Но нужно ему дать время войти в управление армией: ведь все-таки артиллерист!..

— А фронт, по-твоему, об этом не думал?!

— Фронт не знает как следует, что тут творится…

— Ну, это сказка про белого бычка: «На колу висело мочало. Не начать ли сначала?..» Как знаешь! — оборвал Рокотов.

— Отбомбились, должно быть, ушли, — сказал Ивакин, заметив, что в стороне покинутого КП нет больше взрывов и гаснут прожекторы.

— Хороши мы были бы, если бы не успели тут с запасным КП, — отозвался Рокотов.

— Товарищ командующий, связь установлена! — доложил сержант по приказу Острогорова.

Вызванный с КП своей артбригады, сюда же подъехал назначенный начальником артиллерии усач Сергей Сергеевич Чалый, чем-то похожий на полковника царских времен.

Все спустились в просторный блиндаж командного пункта армии.

Поступило сообщение, что по штабу армии правого соседа фашистская авиация только что нанесла неожиданный удар прежде смены их дислокации. Там был ранен командующий. Сообщали также о налетах на госпитали, аэродромы, на тыловые базы боепитания и горючего.

— А ведь прав оказался наш Петр Николаевич, — признал Острогоров, — к рассвету, конечно, на фронте начнется.

— Вызывайте его скорее. Доложите, что управление принято новым КП. Пусть снимают связь и выезжают сюда, — приказал Рокотов — Ну и жарко же там, в селе, было! Все в огне… Вызывайте.