Голос Вессема. Радиомолчание

Я снова потянулась к нему и снова почувствовала, что он меня отталкивает, но на этот раз отступать не стала. Я его сестра-близнец, черт возьми. Нам в любом случае придется помириться.

Коди, пожалуйста, попросила я мысленно. Я не знаю, что такого Хольт тебе сделал, но я совершенно точно не хотела сделать тебе плохо. Мне плевать на Хольта, на Эрику, на Сагитту, на всех здесь плевать — кроме тебя. Только ты имеешь значение…

Я не знала, как много он воспринимал — я же сама недавно говорила, что это не телепатия, так что сосредоточилась на том, чтобы передать то, что чувствую — любовь и сожаление.

Наверное, подумала я, можно просто вломиться к нему в голову и заставить делать то, что мне нужно, то, что нужно доктору Эйсуле. Но вот станет ли он после этого вообще со мной общаться?

Пожалуйста, Коди, повторила я с нажимом, мы же должны быть не одной стороне, иначе нам не выбраться из этой истории, я же просто хочу, чтобы ты был жив и при этом остался собой…"

"В голове всплыло непрошенное воспоминание — темный подвал, лаборатория, труп Джехоны, намертво прикрученный к креслу, нож в моих руках, который я вгоняю в плечо Измененному, страх и отчаяние…

Я начала терять контроль, мне показалось, еще немного — и я сорвусь, стану штормом, водопадом, ливнем, вода перестанет мне подчиняться, меня затянет в водоворот, и Коди затянет вместе со мной… Усилием воли я заставила себя не думать об Измененном номер сто тридцать один и сосредоточилась на Коди, и тут оказалось, что стена, которую он выстроил вокруг своего сознания, исчезла. Коди готов был со мной работать, я почувствовала отклик и обрадовалась, но тут же поняла, что в отклике преобладает недоумение и беспокойство. Коди что-то напугало.

За долю секунды я метнулась в голову второго человека, почувствовала его боль, почувствовала обжигающий вкус водки на языке, открыла глаза — в кабинете все было в порядке.

Я вернулась к Коди. Он чего-то хотел от меня, и через секунду я, облившись холодным потом, наконец догадалась — я смогла передать ему картинку. Я показала ему Измененного. Он видел его моими глазами, видел мое воспоминание, за секунду пережил это вместе со мной.

Это не телепатия — то, чем мы тут занимаемся. Но мы можем передавать информацию. Любую информацию, говорил Детлеф. Передавать ее так, чтобы ее невозможно было подслушать, перехватить, прервать передачу.

Еще не успев додумать эту мысль до конца, я улыбнулась. Не дав себе времени на сомнения, я вызвала новые воспоминания.

Смотри, подумала я, мысленно возвращаясь на пустую площадь, пробегая по улицам, прячась в брошенном доме. Смотри — мы нашли вход, прошли по темным коридорам, нашли фотографии и дневник Амелии Лукаш.