Дьявол весной

— Если идея отношений с замужней женщиной так тебе претит, почему ты не подыскал другую кандидатуру, — спросила она, пытаясь не казаться язвительной.

— Нельзя подать объявление в газете на пост любовницы, — сухо ответил Габриэль. — И не всегда взаимное притяжение возникает между подходящими людьми. Меня очень беспокоило, что Нола замужем, но не остановило от попыток её добиться, как только я понял… — он замолк и потёр шею сзади, угрюмо стиснув губы.

— Что понял? — с ужасом спросила Пандора. — Что любишь её?

— Нет. Она мне нравится, но не более того, — Габриэль покрылся краской смущения и с усилием продолжил: — Я понял, что мы с ней хорошо подходим друг другу в постели. Я едва ли встречал женщину, которая могла бы удовлетворить меня так, как она. Поэтому я упустил из виду тот факт, что она замужем, — его губы скривились. — Когда дело доходит до личных качеств, кажется, я отброшу все угрызения совести в пользу сексуального удовлетворения.

Пандора была сбита с толку.

— Почему женщинам так трудно тебе угодить? — задала она вопрос. — Что именно ты просишь их делать?

Дерзкий вопрос, казалось, вывел Габриэля из его мрачного настроения. Он вновь посмотрел на неё, уголки его рта растянулись.

— Я всего лишь прошу, чтобы женщина была доступна, согласна… и раскована, — обратив внимание на пуговицы ночной рубашки Пандоры, он начал застёгивать их с излишней сосредоточенностью. — К сожалению, большинство женщин учат не наслаждаться половым актом, если он не связан с продолжением рода.

— Но ты считаешь, что они должны.

— Я думаю, что в этом мире у женщины мало удовольствий. Я думаю, что только эгоистичный идиот будет отказывать своей партнёрше в том же удовлетворении, которое она даёт ему, особенно, когда её удовольствие усиливает его. Да, я считаю, что женщины должны этим наслаждаться, как бы радикально это ни звучало. Отсутствие внутренних запретов делает Нолу уникальной и очень желанной.

— У меня нет запретов, — выпалила Пандора, чувствуя в себе дух соперничества. Она пожалела об этом комментарии, как только увидела искру веселья в глазах Габриэля.

— Я рад, — ласково сказал он. — Видишь ли, есть вещи, которые джентльмен предположительно не должен просить жену делать. Но если бы мы поженились, мне пришлось бы.

— Если бы мы вступили в брак, я бы не возражала. Но мы не женаты, — она была вынуждена прерваться, когда непреодолимое желание зевнуть одержало верх, и она прикрыла рот рукой.

Габриэль улыбнулся и притянул к себе Пандору, будто пытаясь впитать в себя ощущение её близости. Она тихонько к нему прильнула, прижавшись к его пышущему теплом телу и атласной, золотистой коже. Её окружал его яркий аромат с оттенками вечнозелёных растений и специй.